Столкнувшись с безумным взглядом Киеу, Эллиот вдруг понял, почему: буддист, воспитанный в духе мира и любви, прошел еще и курс профессионального убийцы, не ведающего жалости ни к кому. Сколько раз, идя мимо комнаты Киеу, Эллиот слышал как он молится. Из курса по сравнительной теологии, который им читали в колледже, он примерно знал смысл таких молитв. И в то же время сам неоднократно был свидетелем фантастической силы и техники, которые Киеу демонстрировал на тренировках.

Как, задавал он себе вопрос, две совершенно разных личности могут уживаться и сосуществовать в сознании одного человека? Ответ был очевиден: только ценой колоссального внутреннего напряжения. И в какой-то момент напряжение оказалось настолько велико, что его не сумел подавить или направить в безопасное русло даже тренированный и в высшей степени организованный азиатский разум. Сейчас Эллиот знал то, о чем не подозревал ни один человек в мире: произошло нечто такое, что разрушило последний ограничительный барьер Киеу, давая выход уже давно обезумевшему рассудку, который помчался в двух противоположных направлениях. Предохранитель расплавился.

И все это — дело рук его отца. Словно на экране кинотеатра перед Эллиотом проносились картины из жизни Макоумера и Киеу, одна сцена сменяла другую. Вот она, истинная природа «Ангки». Страх, который он испытывал перед существом, находящимся сейчас всего в футе от него, захлестнула волна ненависти к отцу, к тому, что он посмел сделать с живым человеком.

Он видел перед собой расчлененный труп женщины, которая какое-то время пыталась быть его матерью, он видел искаженное мукой лицо своего названного брата, и гнев в его душе, как холодные и теплые струи подводных течений, смешивался с жалостью. Впервые с того момента, когда Киеу внезапно и вопреки желанию Эллиота ворвался в его жизнь, он испытывал к нему любовь — любовь, которая пересиливала ужас и мерзость перед деяниями брата. Ошеломленный обрушившимся на него новым, непривычным чувством, он рассказал Киеу правду: Киеу имел право знать ее.

— Это была ложь, — начал он. — То, чему тебя учили, и то, что тебе рассказывали. О твоем происхождении. О том, как человек, которого ты называешь отцом, нашел тебя.

Он достал из кармана смятые страницы и протянул их Киеу. Тот удивленно склонил голову набок, дыхание его замедлилось.

— Рассказывай, — приказал он. — Рассказывай все.

И Эллиот рассказал, потому что считал, что поступает правильно. Он рассказал названому брату, как Макоумер участвовал в операции по обнаружению и уничтожению некоего японского мастера боевых искусств по имени Мусаши Мурано. Отряд добрался до лагеря красных кхмеров, но оказалось, что Мурано уже мертв. Однако командир отряда, будучи человеком предусмотрительным и дальновидным, приказал одному из своих людей в течение десяти дней наблюдать за лагерем — он хотел быть уверенным, что смерть Мурано — не дезинформация красных кхмеров. Человека, который наблюдал за лагерем, звали Делмар Дэвис Макоумер.

— Вот как отец узнал о твоем существовании, — рассказывал Эллиот. — Это была не случайная встреча, как ты считал все эти годы. Ты был лучшим и самым способным учеником Мурано, и он решил использовать тебя, использовать в будущем. И он искал способ заманить тебя в ловушку и расположить к себе. Он нашел такой способ. Он подставил твоего старшего брата, распустив слухи о его предательстве — он отлично знал, что эти слухи дойдут до красных кхмеров. Твой брат не был предателем, красные кхмеры убили его, потому что поверили в ложь, которую им подбросил отец. Не им было состязаться с ним в хитрости и коварстве. Он прилетел на американском бомбардировщике «Б-52», разгромил лагерь и уничтожил тех, кто казнили твоего брата.