* * *

Парадная дверь была закрыта. Джинни отвернулась от нее с недовольным видом:

— Сегодня у нее день бриджа. Я должна была бы помнить. — Она поискала ключ в сумочке и отперла дверь. — Вы не могли бы поднести мои чемоданы? Мне что-то не по себе.

— У вас для этого есть причина, — сказал Сильвестр.

— По правде говоря, я рада, что мамы нет. Что я могу ей сказать?

Сильвестр и я переглянулись. Я вытащил чемоданы из багажника и внес их в прихожую. Джинни крикнула из гостиной:

— Что случилось с телефоном?

— Вчера здесь произошло несчастье, — ответил я.

Она повернулась к нам:

— Несчастье?

Сильвестр подошел к ней и положил ей руки на плечи.

— Мне трудно говорить, но я должен сказать тебе, Джинни. Твою мать застрелили прошлой ночью.

Она выскользнула из его рук и упала на пол. Лицо стало серым, а глаза потемнели, но она не потеряла сознания. Она села, прислонившись к стене.

— Мариэтта умерла?

— Да, Джинни.

Я присел на корточки возле нее.

— Вы можете кого-то подозревать в убийстве?

Она так энергично замотала головой, что ее волосы покрыли лицо.

— Ваша мать вчера была очень расстроенна. Вы или Мартель что-нибудь ей говорили?

— Мы попрощались с ней, но она очень не хотела, чтобы я уезжала. Она сказала, что попытается достать денег. — Что она имела в виду?

— Что я вышла замуж за Фрэнсиса ради денег, я думаю. Она не поняла.

— Оставьте ее сейчас, Арчер. Я говорю как друг и как доктор, — сказал Сильвестр.

— Она сказала мне перед тем, как умереть, что любовник застрелил ее.

Кто мог быть этим любовником? — все же я не удержался от этого вопроса.

— Может быть, Фрэнсис. Но он был все время со мной. — Ее голова откинулась на стену с глухим стуком. — О Боже, я не знаю, что она имела в виду.

— Отстаньте от нее, — решительно настаивал Сильвестр. — Я говорю как друг и как доктор.

Он был прав. Я чувствовал себя истязающим демоном, сидя задавая ей бесконечные вопросы. Я встал и помог Джинни лечь на кушетку.

— Ей нужна защита. Вы побудете с ней, доктор?

— Не могу. У меня дюжина пациентов, столпившихся в приемной в ожидании меня. — Он посмотрел на наручные часы. — Побудьте вы с ней. Я вызову такси.

— У меня тоже есть дела в городе. — Я обернулся к Джинни. — Вы были не бы против, если бы Питер побыл с вами?

— Конечно, — ответила она, склонив голову, — если только я не должна ни с кем разговаривать.

Я застал Питера дома и объяснил обстановку. Он сказал, что знает, как пользоваться оружием — стрельба по тарелочкам его любимое занятие. Он будет рад обеспечить охрану.

Он зарядил ружье и принес его, вид у него был воинственный. Известие о гибели Мартеля, казалось, приподняло его настроение.

Джинни встретила его спокойно в гостиной:

— Ты хорошо сделал, Питер, что приехал, но только мы не будем ни о чем говорить. Согласен?

— Хорошо, Джинни, и я сочувствую тебе.

Они пожали руки, как брат и сестра. Но я видел, что он буквально пожирает ее глазами. Мне пришло в голову, что для Питера это дело только что завершилось. Я ушел до того, как он сам это понял.

Глава 24

Я ехал медленно по объездной дороге, которая была кратчайшим путем между Монтевистой и городом. Сильвестр продолжал оглядываться назад на долину, где мы оставили Джинни.