Для того чтобы, не дай Бог, охранник не наделал глупостей, Филатов приставил к его спине автомат. Решение было простым: использовать впереди идущего бандита как живой щит в расчете на то, что стоящие наверху люди Аганесяна не будут стрелять в своего подельника.

Когда им оставалось сделать последний шаг, неожиданно во всем здании погас свет. Филатов был готов к такому повороту событий и даже мысленно представлял это, но на практике все оказалось иначе.

В полном мраке Филатов пропустил несильный удар по ногам, и через несколько секунд с трудом увернулся от подсечки – сила удара была впечатляющей, но противник слишком далеко вынес свою правую ногу и, как это бывает в таких случаях, элементарно «завалился» вперед. Юрий быстро сориентировался в ситуации и потянул охранника на себя. А после того, как он окончательно потерял равновесие и всем телом упал на Филатова, последнему оставалось только обхватить противника за шею, не оставив ему никаких шансов вырваться из железных объятий.

Краем уха Филатов слышал шаги двух человек, спешно поднимающихся наверх. Судя по всему, братки были напуганы шумом внизу и решили не испытывать судьбу. Филатова удивил такой поворот событий – он считал, что профессионалы так не работают. В этой суматохе Филатов понял и другое: сейчас они побегут за подмогой, а это значит, что у него с пленниками – Ритой и Барулиным не будет времени для спасения.

Юрий оказался прав. Охранники, поднявшись наверх, первым делом подняли шум и вызвали по рации кого-то из дома.

Освободившись от навалившегося на него «Батона», Филатов еще раз прислушался к голосам вверху, и вернулся в камеру.

За прошедшие двадцать минут он фактически бросил заложников. Его беспокоило их состояние. Филатов знал, что им нужна срочная помощь. Поэтому он принял, как ему казалось, единственно правильное решение – оставаться и ждать помощи со стороны Шевцова.

Вариант решения проблем своими силами был не реальным, так же как не выполнимой виделась ему возможность выбраться отсюда. Тем более на руках с изможденными, находящимися на грани жизни и смерти людьми...

«Сейчас необходимо сообщить Шевцову, а также вызвать к дому «скорую помощь»«, – подумал Юрий.

В этот момент он услышал движение в камере и в открытых дверях показался шатающийся и обессиленный Барулин.

– Слава Богу, Филатов!

– Сергей Борисович, как вы? Может, вам не стоит подыматься?

– Да брось ты, Юра! – силясь остаться на ногах, ответил Барулин. – Старика еще рано списывать со счетов! – улыбнулся работник «Фармацеи» какой-то отстраненной улыбкой.

– Нет, нет, Сергей Борисович, как хотите, но сейчас вам стоять на ногах нельзя, – категорически возразил ему Филатов и, подбежав к Барулину, помог тому удержаться.

– Спасибо, Юрий, – с влажными глазами, поблагодарил Филатова Барулин. – Эти сволочи кололи нас какой-то дрянью.

– Что они хотели от вас и Риты? – усаживая своего коллегу с внутренней стороны камеры, спросил Филатов.

– От меня деловые бумаги с контрактами, информацию о фондах «Фармацеи», а от Риты, наверное, деньги. Ах, да! Старею, Филатов, – после некоторой паузы отметил Барулин, – эти сволочи пытались узнать у Риты, где ее сын.

– Они опоздали! – уверенно ответил Филатов Барулину. – Вы посидите, я сейчас.

Юрий подошел к лежащей у кирпичной стены Рите и понял, что девушка совсем плоха. Она лежала как-то неестественно тихо. Глаза были по-прежнему полуоткрыты, но дыхание и пульс были едва ощутимы.

– Послушайте, Рита! – Юрий нагнулся над девушкой. – Ваш сын в полной безопасности. Ашот тоже в порядке, я видел его. Когда посадят Аганесяна, он выйдет на свободу. А Аганесяну недолго ходить на воле.