– Вас понял, – коротко ответил Филатов и выключил мобильник.

– Слышал? – усмехнувшись, переспросил Филатов у Барулина. – Ожидаем. Сказал забаррикадироваться, но мы это уже сделали.

– Сколько нам ждать? – спросил Барулин.

– Я не собираюсь обнадеживать. Но обещали скоро, – Филатов соврал намеренно, зная, что надежда в данной ситуации – самое лучшее для заложников.

Филатов знал, что за этим «скоро» стоит неопределенность. Поднять посреди ночи спецназ, не говоря о рядовых сотрудниках, было делом безнадежным. Он примерно представлял схему, по которой будет действовать дежурный с «Петровки» – попытается вызвать самого Шевцова. И пока подполковник не даст команды, не станет предпринимать никаких действий. Что же касается самого Шевцова, то он, если даже получит звонок от дежурного, добиться санкции ночью не сможет. А, следовательно, будет действовать на свой страх и риск.

Эти минуты братки решили не терять даром. И Филатов и Барулин насторожились – уж больно много человеческих ног протопало за дверью. Силы были не равны. Шаги были слышны совсем близко у двери, за которой как в ловушке находились три человека.

– Эй, вы там! – заложники услышали хриплый голос одного из людей Аганесяна. По интонации можно было понять, что говоривший настроен более чем решительно. – Эй вы там, за дверью! Мы знаем, что вы здесь! Понимаете, что у вас нет шансов?! Предлагаю прекратить валять дурака и открыть двери.

– На каких условиях? – выкрикнул Филатов, решив потянуть время.

На несколько секунд установилась тишина, после которой хриплый и надрывистый голос продолжил:

– На наших условиях, сучий потрох! – грубо, но уверенно ответил тот же голос.

– Вы должны учитывать, что мы просто так в руки не дадимся. У нас оружие! – продолжал переговоры с братками Юрий.

На этот раз голос с другой стороны двери не заставил себя долго ждать:

– Заткнись, гнида! Если сейчас не откроете двери и не выйдете с поднятыми руками, вмиг порубим всех на капусту!

– У меня есть что сообщить вашему хозяину! – ответил Филатов и весело подмигнул парализованному от страха Барулину.

На этот раз люди московского авторитета не были так категоричны. На некоторое время установилось молчание, которое разорвали отрывистые звуки говорящего по телефону охранника.

Через минуту за дверью тот же хриплый голос так же грубо, но не без интереса спросил:

– Что у тебя? Артур Артурович долго ждать не любит!

– Передайте Аганесяну, что с ним говорит Филатов. Тот самый, которого он недавно заказал. Но я жив и здоров, как видите. И хочу с ним перебазарить. У меня к нему дело, которое, думаю, его заинтересует. Я знаю, где находятся деньги, которые он ищет – сумма немалая. Тем более, ваш шеф считает, что она принадлежит ему. Если вы меня положите здесь вместе с заложниками, денежки достанутся кому-нибудь другому!

После этих слов за дверью установилась длинная пауза. Послышались шаги – кто-то резво устремился наверх и оттуда послышался телефонный разговор. Затем вновь кто-то протопал вниз. Филатов понял, что братков мало интересует безопасность, а больше предложение. Наконец Юрию ответил тот же голос, который все это время вел переговоры:

– Артур Артурович заинтересовался твоими словами. Поэтому предлагает сделку: ты выходишь отсюда и будешь в доле, а те, кто сидит в камере, останутся здесь.

Последние слова вызвали бурю возмущения у Барулина, который с надеждой посмотрел на Филатова. Юрий понимал, что от его выбора сейчас не зависит ничего.