– Вы правильно сделали, что позвали меня. – Алек Малкольм поднес кубок к губам. – Часть из того, что сказал Лендфилд, – правда. Я встретился с Макдарреном по пути к вам и видел его Кэтрин.

– Вы его встретили? – Джеймс нахмурился еще сильнее. – Она и в самом деле так неотразима, как уверяет Лендфилд? И способна обворожить любого мужчину?

Малкольм помнил эту встречу во всех подробностях. Для него самого ничего не значила красота человека. Но он с детства знал, какое огромное значение некоторые люди придают внешности, и умел определить по внешнему виду человека его слабости и недостатки, обращая их себе на пользу. Кэтрин Макдаррен он оглядел, пытаясь сразу понять, что она из себя представляет. Впечатление, которое у него сложилось, не совпадало с тем, о чем говорил Себастьян. Первое, что бросилось ему в глаза, – не красота Кейт, а ее ум, светившийся в глазах, и прямота, с которой она, должно быть, выражала свои чувства.

– Ее можно назвать довольно привлекательной. Но что самое главное – она явно не дура.

– Проклятье, – пробормотал Джеймс. – Это не слишком приятная новость.

– Ее нельзя назвать ни хорошей, ни плохой, пока мы не доберемся до истины. Вам удалось вывезти сюда няньку-кормилицу?

Джеймс кивнул.

– Два дня назад вернулись мои люди, которых я посылал за ней. Она в темнице.

– Ее допрашивали?

– Она утверждает, что ничего не знает о ребенке Марии. Девочка, которую передали ей на воспитание, – отпрыск не очень важного вельможи и проститутки. Подозрительно то, что эта женщина жила в деревеньке неподалеку от того места, где моей матери разрешили принимать воды.

Малкольм усмехнулся.

– И куда за ней отправился Шрюсберри.

– Как вы совсем недавно справедливо заметили, мы не знаем, насколько истинно это предположение, – сказал Джеймс, не переставая хмуриться. – Все шло так хорошо. Я до сих пор не могу поверить и смириться с этой новостью.

– И попросили приехать меня, – поклонился Малкольм, – чтобы я избавил от всех неприятных хлопот, связанных с выяснением этого вопроса.

Брови Джеймса разгладились.

– Мне и в самом деле очень не хватало вас, Алек, – сказал он мягко. – Я даже рассердился, когда вы так неожиданно покинули Эдинбург.

– Но я не могу надолго задерживаться здесь. Мне приходится заниматься охраной своих границ. – Их взгляды встретились. – Если бы вы нашли способ избавить меня от источника постоянной угрозы, – речь идет о небезызвестном вам Макдаррене, – я бы смог вздохнуть спокойно и чаще бывать при дворе.

– Вы сами знаете, что я не могу без всякого повода выступить против такого знатного человека, как Макдаррен. Постарайтесь сами уладить ваши распри.

Алек заранее знал, каким будет ответ Джеймса. Этот человек с удовольствием пользуется его услугами, но ничем не станет жертвовать ради него.

– В таком случае вам придется управиться без меня.

– Неужели мелкие склоки гораздо важнее того дела, ради которого я позвал вас? – брюзгливо спросил Джеймс.

Малкольм с трудом сдержался, чтобы не высказать этому жирному ублюдку все, что он думает о нем. Но зачем спешить. Рано или поздно этот час придет. А сейчас он может позволить себе только слегка пощекотать ему нервы.

– Конечно, это для меня важнее, чем исполнять ваши прихоти.

Джеймс покраснел от гнева.

– Алек, вы заходите слишком далеко!

– Именно поэтому я и нравлюсь вам.