Увидев стрелка, сталкер округлил глаза от удивления. Не ошибся, признав голос. У лестницы, держа в руках обрез, стоял Гриф. Живой и невредимый.

– Не сдох, значит, – прорычал Теодор, хлюпая раздробленной челюстью. – Ничего, это поправимо.

Мутант бросился к ожившему писателю, но тут же был отброшен назад очередным выстрелом.

Гриф взглянул на Тихого. Сталкер моментально смекнул, что задумал напарник. Воспользовавшись моментом, парень перекатился к двери. Гриф одобрительно кивнул, вновь выстрелил из обреза и, отбросив его в сторону, снял с плеча «калаш». Дернув затвор, выжал спусковой крючок.

Свинцовые пули, словно десятки разъяренных ос, вонзались в тело мутанта, заставляя того отступать. Прямо к двери…

Короткая очередь. Еще. И еще. И еще…

Как только Теодор поравнялся с дверью, Тихий распахнул ее и зажмурился.

Невероятной силы гул наполнил помещение. Мутант пронзительно завопил. Затем раздался хлопок, в котором утонули его вопли. Пронзительный свет брызнул во все стороны, а потом наступила тишина.

Сталкер захлопнул дверь и наконец открыл глаза. Теодор исчез, а на противоположной стене появился новый силуэт, напоминающий тень монстра.

Тихий осел на пол и нервно захохотал. В этом смехе смешалось все: боль, радость, злость и ненависть к самому себе.

– Все кончено, брат, – произнес Гриф, положив ладонь на плечо Тихого. – Теперь нужно выбираться отсюда, да поскорее.

Тихий молча кивнул.

Потом глянул на друга, словно видел того в первый раз.

– Как ты…

– Все дело в магии.

– В какой еще, на фиг, магии?!

– Я разве тебе не говорил, что я адепт высших сил? Меня нельзя убить, потому что я бессмертный!

– Гриф!..

– Ладно тебе, не злись! Дай немного помечтать.

– Тебя же убили. Я лично видел.

– Нет. Не убили. В меня стреляли – факт, но ранение оказалось не смертельным. – Гриф убрал волосы со лба, указывая на приклеенный пластырем артефакт. – Пуля хоть и прошила черепную кость, но мозг не повредила.

Тихий рассмеялся.

– Я другое имел в виду, – надулся Гриф. Потом показал на шею, где хранил свой лунный арт. – Я же говорил, что он приносит удачу. Вот и повезло! Правда, кость все же задело. Но ничего. Вернемся, пойду к Хирургу на Озерки, он вытащит свинец и подлатает. Не хочу, чтоб говорили, что Гриф ходит с пулей в голове, – засмеялся напарник.

– Я рад, что ты жив! – выдохнул Тихий.

– А как я рад!

– Гриф, ты прости меня. Ведь это из-за меня…

– Не надо, – перебил его тот. – Ты ни в чем не виноват. Пошли уже, хватит этих сентиментальных соплей.

Тихий поднялся к Даше. Прощупал пульс. Она была жива, но все еще без сознания.

Осторожно взяв девушку на руки, парень вслед за другом побрел к выходу. Оставаться в лагере не хотелось, посему они поспешили убраться из этого места.

Перемахнув через железнодорожную насыпь, устроили привал. Тихий осторожно положил Дашу на траву. Достал из рюкзака флакон с нашатырным спиртом, отвинтил крышку и поднес к носу девушки. Наморщив носик, она открыла глаза, закашлялась и тут же отпрянула.

– Тише, тише, – произнес парень. – Все кончено, тебе ничего не угрожает.

– Не приближайся ко мне! – всхлипывая, выпалила Даша.

– Что? – только и смог вымолвить Тихий, не веря собственным ушам. – Ты чего, это же я… Даша, ты чего?

– Ты обещал, – сквозь слезы ответила та, – но не сдержал свое слово.