Владычица.

– Простите меня, госпожа, – еще одна девушка. Она подошла к кровати и опустилась на колени перед ложем Сияющей – в том, что болезненная девчонка принадлежит к Восточным я не сомневался ни мгновения. – Простите меня. Это моя вина.

– Нет, не твоя, Нина. Я знаю чья. И, Светом клянусь, я отомщу. За нас обеих.

Сиреневые глаза гневно сощурились. В этот момент эта Владычица была прекрасна, как никто другой. Почти богиня. И я не уверен, что сумел бы ей хоть в чем-то отказать. Вот и Свет не стал упрямиться. Он откликнулся на призыв своей дочери и яркими солнечными бликами скользнул по юному, в чем-то еще даже детскому лицу…

Клятва принята. И любой, кто станет на пути ее исполнения, сильно пожалеет о своем решении…

Бездна! Кажется, одной загадкой в моей жизни стало меньше, но, если честно, это я бы предпочел и дальше не знать.

Нинель. Нина. Светлая девчонка, обреченная из-за пророчества на незавидную участь. Эльда с лиловыми глазами…

А ведь у светлых не бывает таких глаз…

Зато именно этот оттенок характерен правящей ветви Сияющих…

Бездна! Нина – одна из sie'alh – разделивших судьбу! И я не завидую той Сияющей, что является второй половиной, потому что си'аль делят на двоих все – и плохое и хорошее. По сути они уже не два существа, а одно – с общей памятью и чувствами.

Боги Изначальные, Всеблагие! Как си'аль Сияющей Владычицы могла оказаться в невольничьем караване?! Это же преступление не только против эльфов, но и против Семьи. А это уже совсем другая степень вины…

Ди тенью скользнул в комнату, вынудив меня невольно отвлечься от мыслей. Впрочем, те меня особо не радовали – ведь если всё так, то наш мир катится в бездну. Сам. Без моей на то посильной помощи.

– Ксан, ты как?

– Паршиво. Но жить буду. Хотя ипостась менять пока поостерегусь.

И почему все верные решения приходят уже постфактум? А ведь в моем случае чаще всего так и происходит. Не радует.

– Что-то не так? – Адилон мигом насторожился. Какой же он все-таки внимательный! Неужели сложно отвернуться, если Владыка случайно чем-то выказал свою слабость?

– Все так. Вернее все в пределах допустимых границ. Для Двуцветных.

– А для прочих? – не преминул уточнить Ди, заметив мою оговорку.

– Для прочих? Сомневаюсь, что они пережили бы сам обряд… а если ты имеешь в виду их обычное состояние, то согласно всем теоретическим данным пациент скорее мертв, чем жив. В общем, я универсальное чудо, ушастик – чудесатее меня ты точно не найдешь.

– Даже искать не буду – мне тебя одного вполне хватает. Чудесатый ты наш, ты лучше скажи, жить будешь? Или все-таки гроб заказывать?

– Я же сказал, что буду!

– Уверен? Тогда в зеркальце погляди. И, если инфаркт все же обойдет тебя стороной, будь добр, приведи себя в нормальный вид, а то сейчас тобой только упырей пугать.

Я невольно поморщился. Ди в своем репертуаре. Ну кто так разговаривает с Владыкой? Да еще и после того, как видел его "иную" форму? Самоубийца! Впрочем, в светлых, видимо, самой природой заложен суицидальный ген – ничем другим их поведение в моем обществе не объяснить.

Осторожно выбравшись из кровати, я замер у стены, причем в эту самую стену я вцепился всеми доступными мне способами – и меня все равно шатало! Или это комната плывет перед глазами?..