— Бригадиром? Ну, можно и бригадиром, — кивнул Николай. — Но только... предложеньице есть одно, Александр Григорьевич.

— Какое? — заинтересованно подался вперёд инженер.

— Знаете... скажу вам, как коммунист коммунисту. Не дело, считаю, когда бригады на стройке постоянно меняются. Сперва землекопы заходят, потом бетонщики, плотники, каменщики, штукатуры, электрики... И каждый... Каждый, заметьте, ругает того, кто был перед ним. Что, мол, подоснова неровная, фундаменты не на отметках, стены кривые, закладных нет, проёмы с отверстиями не по плану, и надо всё переделывать... ну, почти переделывать, а это и время, и деньги, а ни того, ни другого всегда не хватает...

— Ты это к чему? — нахмурился Трепаков. — К тому, что прорабы плохо следят за работой?

— Нет. Не прорабы, — мотнул головой Николай. — Сами рабочие. Им ведь что надо, в первую очередь? Чтобы наряды закрыли, а там хоть трава не расти. Их недоделки будут другие доделывать. И никакая сознательность тут не поможет. Я этого в армии вот так насмотрелся, — провёл он рукой по горлу. — А вот если б за каждый объект отвечала одна бригада. Комплексная. Как раньше в артелях, но только на новом уровне...

— Специалистов тебе в бригаду не дам! Даже не думай, — быстро сообразил, что к чему, Александр Григорьевич.

— Так я их и не прошу.

— А что тогда просишь?

— Прошу дать в бригаду ко мне обычных крепких ребят, можно даже разнорабочих. По возможности, молодых, чтобы учиться хотели. И зарабатывать. Кого остальным не жалко. И я вам слово даю, Александр Григорьевич, что за три месяца сделаю из них спецбригаду. Ту самую, комплексную, что сможет строить объекты от первого колышка и до сдаточной ленты. Идёт? — протянул он собеседнику руку.

— Идёт! — пожал её Трепаков. — Оформляй его, Фёдор Дмитрич. А завтра мы ему и людей, и объект подберём. Не сказать, чтобы сложный, но повозиться придётся. Я обещаю...

* * *

Вернувшись домой, Николай до позднего вечера просидел над тетрадкой, записывая мысли о будущем. Всё, что он сумел вспомнить о так называемом «бригадном подряде», широко распространившемся по стройкам Союза в семидесятые годы. Все его тогдашние плюсы и минусы.

Увы, планомерное и поэтапное возведение любого объекта в позднехрущёвские и брежневские времена (не говоря уж о горбачёвских) было, как правило, редкостью из-за острейшего дефицита стройматериалов и постоянной текучки кадров. Вместо размеренной и спокойной работы строительство оборачивалось то штурмовщиной, то долгостроем.

Квалифицированные арматурщики, каменщики, монтажники, штукатуры, кровельщики, сантехники могли неделями куковать без нормального дела, и чтобы не потерять в зарплате, производили бессмысленную работу, которую на другой день сами же переделывали. Однако прораб закрывал им при этом наряды, и люди получали вознаграждение фактически ни за что. За обычное нахождение на объекте, а не за его строительство.

Когда же стройматериалы, наконец, подвозили, то план уже поджимал, горела квартальная премия, и начиналась дикая гонка. Главным было сдать объект в срок, а то, что акты приёмки пестрели огромным количеством замечаний, никого не смущало. А ещё сдать что-нибудь к празднику, «в подарок съезду» или просто, чтобы отрапортовать руководству о досрочном выполнении плана, становилось обычной практикой.