Она попыталась сесть, и тупая боль в шее напомнила о полученном растяжении. Аспирин, конечно, заглушил боль, но само растяжение никуда не делось.

Гадая, какого дьявола принесло Луи в такое время, Шарлотта набросила халат и надела любимые мокасины. Затем быстро расчесала волосы.

По крайней мере они не стоят дыбом, как в пятницу, подумала она, бросив взгляд на свое отражение в зеркале, и направилась в гостиную. Несмотря на беспокойную ночь, волосы, благодаря новой стрижке, оказались в порядке. Надо будет при встрече поблагодарить Валери.

Еще бы чашку кофе, прежде чем говорить с Луи, раздраженно подумала она, открывая дверь.

В отличие от Шарлотты, Луи уже оделся. Волосы еще чуть влажные после душа, на щеке тонкий порез от бритвы.

Не успел Луи сказать «доброе утро» и войти, как Милашка принялся кричать во все горло от ужаса в своей темнице.

— Не нравлюсь я этой птице.

Не обращая внимания на Луи, Шарлотта переключилась на Милашку.

— Все в порядке, солнышко, — успокаивала она, снимая с клетки покрывало. — Успокойся. Все хорошо.

Вскоре попугай устроился на своей жердочке, и его истошные крики сменились редким жалобным чириканьем. Шарлотта повернулась к Луи.

Бросив хмурый взгляд на клетку, он спросил:

— Ты спала?

Легкий упрек в его голосе резанул по жаждущим кофеина нервам, и Шарлотта вызывающе на него уставилась.

— Ты в курсе, что сегодня воскресенье?

— Но ты встаешь самое позднее в семь. Нет, я не шпионил и не подслушивал, — добавил он, — так что не смотри на меня так. Мы оба знаем, что в этом доме сквозь стены можно видеть.

Что правда, то правда. Стена между их половинами была чисто номинальной, и слишком часто по ночам и утрам она слышала каждое его движение. Логично предположить, что раз она могла слышать его, он также слышал ее.

— Ты болеешь?

— Нет, — огрызнулась она. — Я не болею, и меня уже достало, что все пытаются убедить меня в обратном. Но — если тебе так уж надо знать — я просто плохо спала прошлой ночью.

Луи нахмурился.

— Ладно, ты не болеешь, а что с шеей?

Шарлотта испепелила Луи взглядом и вместо ответа жестом пригласила его на кухню.

— Не возражаете, если я сначала кофе поставлю, господин детектив? До того, как вы начнете меня допрашивать, — добавила она.

— И незачем так язвить, — ответил он. — Бога ради, пей свой кофе. Может, подобреешь. — Он вдруг ухмыльнулся. — Уснула на диване и потянула мышцу, да?

Пытаясь удержаться, чтобы не побить его, Шарлотта развернулась и потопала на кухню.

— Шарлотта! — крикнул он ей в спину. — Не злись. У самого такое бывало, потому и догадался.

Шарлотта остановилась в дверях, но не обернулась. Сквозь зубы она спросила:

— Ты здесь по важному делу или просто визит вежливости? Потому что если визит вежливости…

— Вообще-то, по службе, — оборвал Луи. — По полицейской службе, — добавил он, подходя к ней ближе. — Я должен задать тебе пару вопросов относительно вчерашних событий.

— Как я не сообразила, — пробурчала она, направляясь к буфету, где держала кофе.

— Ну, учитывая твое… э-э-э… настроение, подождем с вопросами, пока ты выпьешь кофе.

Он прав, подумала Шарлотта, наливая воду в кофейник и засыпая кофе в фильтр. С настроением беда. Но почему, задумалась она. Почему все и вся бесит ее и без всяких на то причин? Но одно раздражение не оправдывало нападок на Луи.