— Кто вы?! — рявкнул в него Попельский. — Кто вы, к черту, такой?!

— Ицхак Яффо, — еврей начал запинаться. — Я, я… ничего плохого не сделал. Я просто переночевал у пана Юлиуша… Мне уже нужно идти…

— Подожди! — Попельский успокоился. — Повтори еще раз. Это что, записка? Я задумался и ничего не помню из того, что ты мне тут говорил.

— Это для вас, — Яффо взглянул на листок. — Сюда звонил какой-то пан Заремба. Просил позвонить к нему вечером по номеру 32–41. Вот и все.

Попельский взял листочек и внимательно взглянул на него. Он был испещрен еврейскими буквами. Эдвард не заметил там ни одного номера, записанного арабскими цифрами. Понял, что Яффо записал номер телефона другим способом.

Мысленно Попельский вернулся к своей молодости. Вспомнил лекцию профессора Пауля Кречмера. Этот знаменитый венский эллинист и языковед доказывал, что числа — это что-то глубоко укорененное в сознании, и человек может менять языки, в совершенстве ими владеть, быть многоязычным, но всегда будет считать своим родным языком. Глянул на Яффо. Конечно, его родной язык — идиш, который использует еврейское письмо. А в нем не употребляют арабских цифр, а для их записи пользуются буквами! Ни один человек, который ежедневно общается на идиш, не напишет «32–41», а воспользуется буквами ламед (30) + бет (2) и мем (40) + алеф (1)! Юноша записал телефонный номер по-еврейски, то есть буквами этого языка! Сделал это невольно, бессознательно, чтобы записать как можно быстрее.

— Что-то тут не так, — буркнул Попельский, показывая на начало записки. — Я знаю еврейское письмо, и номер 32–41 должен быть записан как ламед-бет-мем-алеф. Но тут есть еще какой-то номер… Очень длинный… Что тут еще, кроме ламед-бет-мем-алеф?

— Никакой это не номер, а фамилия Заремба. Если бы это был номер, то составил бы… Подождите, сейчас посчитаю… Но потом я действительно должен буду уйти… Я очень спешу…

Яффо написал на листике в столбик, сначала по-польски, фамилию Заремба, рядом то же самое на идиш, а потом записал у каждой еврейской буквы и ее числовое значение.

— Гематрия фамилии «Заремба» составляет 321, если добавить 7 + 1 + 200 + 70 + 40 + 2 + 1. До свидания…

— Сейчас, сейчас, подожди-ка, — Попельский задумался. — Гематрия — это, насколько я помню, числовое значение слов, так? Еврейские буквы какой-либо фамилии имеют числовое значение, поэтому, если их обозначить числами и добавить одно к другому… Сможешь быстро сосчитать? Я тебе назову слово, а ты мне посчитаешь его гематрию! За работу!

— Я могу это сделать, но давайте, в другой раз… — Яффо нервно посмотрел на часы.

Попельский долго молча смотрел на своего собеседника. Вытер ладонью вспотевший лоб, и ему сделалось обидно, что сейчас придется унизить этого парня. Но выхода не было. Уловив след, Попельский уже не интересовался окружающим миром, блекли симпатии и антипатии, исчезали хорошие манеры и привычки. Оставалось следствие — грубое, конкретное и неумолимое.

— Послушай меня, шмайгелес, гомик пейсатый, — Попельский перевел дыхание. — Выслушай меня внимательно. Ты уйдешь тогда, когда я тебе позволю, понял? Разве что хочешь, чтобы я пошел к твоим и рассказал им, что Ицхак Яффо — содомит…

В глазах юноши блеснули слезы.

— Тогда садись мне тут и считай, быстро! Сперва имя «Люба Байдик», а потом «Лия Кох». Какова их гематрия?

— В зависимости от того, как записать эти имена: на идиш или библейским еврейским, — Яффо немного успокоился и сел на кровати рядом с Попельским.