Отец довольно улыбнулся.

– Хорошо, что мы снова вместе!.. Позволь мне представить тебя местной публике. За несколько месяцев я перезнакомился едва ли не со всеми. А вон и хозяин бала, многоуважаемый господин судья. Идем! Я с радостью похвастаюсь дочкой!

Они подошли к ближайшей группе гостей. Посыпались обращенные к ее отцу шумные приветствия, завязался разговор, но все это время Флора краем сознания улавливала неутихающий всеобщий интерес к человеку, с которым она равнодушно обсуждала в холле апрельскую погоду. Казалось, едва ли не все гости следили за его перемещениями по вощеному итальянскому паркету просторной залы.

Никто не ожидал, что Адам сегодня вечером объявится на балу.

Вполголоса и с оглядкой, возбужденные пересуды вокруг его поступка продолжались все то время, пока виновник переполоха шествовал через залу к хозяину дома – перекидываясь случайной фразой здесь, здороваясь улыбкой там, по пути отвесив чинный поклон старенькой миссис Алворт, которая вытаращила на молодого человека глаза с прямо таки неприличным изумлением.

– А ведь нынче жена его… как говорится, только пыль за каретой!

– И, видать, не без причины! Довел, голубчик!

– Поговаривают, что она удрала с бароном Лакретеллем.

– Стало быть, той же монетой. Адам то своих любовниц дюжинами считает!

Мужчина в возрасте позволил себе заметить:

– А он не из робких, раз пришел сюда после того, как у него вся жизнь перевернулась. Глядите, ведет себя как ни в чем не бывало.

– Это все примесь индейской крови, – шепотом прокомментировала молодая женщина, стоящая в двух шагах от Флоры. Пожирая глазами статную фигуру Адама, дамочка прибавила с пикантной дрожью в голосе: – Они такие! Никогда не покажут своих чувств!

Однако именно в этот момент центр всеобщего внимания в разговоре с хозяином довольно явно выказывал свои эмоции: он смеялся! Поначалу на бронзовом от загара лице то и дело возникала широкая улыбка, а кончилось тем, что Адам внезапно расхохотался. Да так искренне, так заразительно, что Флора, и без того счастливая, вдруг ощутила накат безудержного веселья и желание расхохотаться на пару с этим человеком.

– Кто он такой? – обратилась она к блондинке, которая не отрывала взгляда от длинноволосого красавца.

И на мгновение не сводя глаз с предмета созерцания, та ответила:

– Адам Серр, граф де Шастеллюкс. Полукровка.

Похоже, экзотический элемент в происхождении графа как то особенно волновал эту впечатлительную особу.

– А сегодня, когда он освободился от супруги, к нему еще легче подступиться.

– Подступиться? – недоуменно переспросила Флора.

Идет ли речь о возможности вступить с ним в брак? Обычно прямая в своих высказываниях, Флора не всегда разгадывала цепочки намеков, из которых состояла речь большинства женщин. И в данном случае ее вопрос был вежливым способом добиться уточнения.

– Да вы сами понимаете! – сказала собеседница, наконец соизволив повернуться. Подмигнув Флоре, она добавила: – Достаточно поглядеть на него…

И блондинка томно вздохнула – как и многие женщины, в тот вечер тайком наблюдавшие за Адамом, в то время как молодой человек беспечно переходил от одной группы гостей к другой.

Официально Флору познакомили с Адамом Серром только после ужина, когда для желающих потанцевать заиграл струнный квартет.

Его подвел судья Паркмен. Пока звучала обычная формула представления. Флора поймала себя на том, что она, обычно такая невозмутимая, сейчас взволнована. Кругом шла голова от одной лишь мысли, что Адам в двух шагах от нее.