То ли дело Грег — он весь, как на ладони, усмехнулась Кейт. Правда, и он умудрился меня удивить. Кто бы мог подумать, что этот веселый парень — сирота, воспитанный дядей?

Не успела Кейт подумать о Греге, как тут же услышала за спиной веселый голос:

— Ну и где еще я мог вас встретить?

Кейт обернулась. Грег подошел к стойке бара и окинул ее взглядом, в котором смешались восхищение и насмешка. Как видно, Грег не умел смотреть на нее по-другому.

Да что я — клоун?! — возмутилась про себя Кейт и почувствовала, что краснеет. Не то от возмущения, не то от пристального взгляда Грега, направленного прямо в ее глаза.

— Журналисты всегда на полшага впереди полиции, — съязвила она, чтобы прикрыть свое смущение.

— Ну, уж, Кейт? Рановато делаете выводы. Помнится мне, вы вчера упрекали меня в том же. А я, честно говоря, не особенно удивился, увидев вас здесь. Мое чутье мне подсказывало, что вы где-то неподалеку…

— Я духами не пользуюсь.

— Но чутье-то не обмануло… — лукаво усмехнулся Грег, не сводя с нее пристального взгляда. — Завтракаете? Опять служанка вашего дяди травит вас своими кулинарными изысками?

— Да уж, — вздохнула Кейт, вспомнив утреннюю запеканку. — Сегодня ей удалось уговорить меня соблюдать видимость присутствия за столом. Она сказала, что дядюшка грустит, когда не видит меня, вылезая из своего подземелья…

— И что же, вы думаете, она права?

— Не знаю, — пожала плечами Кейт. — От дядюшки Скотта можно ожидать всего, чего угодно… Кстати, я уговорила его устроить ужин… Не знаю, что на меня нашло, потому что теперь я не могу ответить на два вопроса.

— Каких же? — поинтересовался Грег, присаживаясь за соседний стул.

— Во-первых, кого позвать на ужин. А во-вторых, как заставить Эльзу приготовить что-то съедобное…

— Вы не поверите, Кейт, но я могу вам ответить на оба вопроса, — засмеялся Грег. — Во-первых, позовите меня. И тогда второй вопрос решится сам собой. Я помогу вашей Эльзе что-нибудь состряпать. Если, конечно, она не хлопнет дверью у меня перед носом, как в прошлый раз…

— Дядя Скотт выдал ей такую гневную тираду, что, думаю, Эльза поостережется повторять свой подвиг, — улыбнулась Кейт. — А насчет вас, Грег… Что ж, идея мне нравится. Поначалу я думала пригласить ваших дядю и тетю, но потом поняла, что эта мысль слишком безумна… Дик свято верит в то, что мой дядя — Франкенштейн, а Памела, боюсь, не захочет и близко подойти к «замку», который бывший возлюбленный для нее построил…

— Неужели вы не позовете своего писателя? — полюбопытствовал Грег, и Кейт расслышала в его голосе саркастические нотки.

— Кип Моуз — не мой писатель. Он — американский писатель. И как любой американский писатель, принадлежит не мне, а Америке, — в тон ему ответила Кейт.

— Сколько пафоса, — усмехнулся Грег. — По-моему, вы его переоцениваете. Я даже имени его не знаю.

— Уже знаете: Кип Моуз.

— Но не Теодор же Драйзер?

— Мне кажется, вы просто ему завидуете, — заступилась за писателя Кейт. — Я начала читать его книгу. По-моему, он пишет замечательно. Увлекательно, образно… А ведь вы даже не читали его, Грег. И уже критикуете…

— Каюсь, не читал, — спокойно согласился Грег.