|
Она заинтересовалась психологией после того, как еще в юном возрасте прочитала работы Альфреда Адлера[4]. Ее кумиром была Карен Хорни[5], величайшая, с точки зрения Аманды, женщина-психолог. Тот факт, что знаменитый Джон Б. Уотсон[6] получил докторскую степень именно в Чикагском университете, а Карл Роджерс[7] в свое время был здесь директором консультативного центра, заставил Аманду поступить на работу именно туда. Через некоторое время она завела и собственную частную практику. Она была очень занятым человеком, Кен — тоже, поэтому время друг для друга у них находилось лишь поздними вечерами да в выходные дни. Причем половину этого времени они проводили в постели. В сексуальном плане Аманда и Кен подходили друг другу идеально. Кен был неутомимым, умелым и заботливым любовником, поэтому, оказываясь в его объятиях, Аманда ощущала себя так, словно очутилась в раю. Примерно год назад, не сомневаясь в глубине своих чувств и в том, что они нужны друг другу, Аманда и Кен решили пожениться. Бернард и Элен Клейтон, истинные католики, настаивали на полноценном церковном бракосочетании, а Кену и Аманде было все равно. Отец Аманды был католиком, но в церковь не ходил, а ее мать вообще не имела каких бы то ни было религиозных убеждений. Бракосочетание назначили на август этого года. Но однажды вечером Кен упал во время игры в гандбол. У него отказала правая нога, а потом в бедре начались нестерпимые боли. Это случилось меньше чем полтора месяца назад. Доктор Уитни, семейный врач Клейтонов, отправил Кена на обследование у специалистов, были взяты всевозможные анализы, проведены необходимые исследования, сделаны рентгеновские снимки. И вот диагноз, прозвучавший приговором: саркома. Рак костной ткани, поразивший верхнюю часть правой бедренной кости. Со временем болезнь будет прогрессировать. Кен утратит подвижность, ему придется пользоваться костылями, а затем и вовсе пересесть в инвалидное кресло. Вероятнее всего, заболевание окажется смертельным, а возможных вариантов лечения всего три: операция, лучевая терапия и химиотерапия. Операбелен ли Кен? Да, операбелен. Доктор Уитни попытался подсчитать шансы на успех. Хотя и крайне небольшие, но они все же были. И пусть вероятность неблагоприятного исхода перевешивала, выбирать было не из чего. Итак, они остановили свой выбор на операции. Ее нужно было делать немедленно. Свадьба Кена и Аманды была отложена на неопределенный срок. Не успев стать невестой, Аманда уже чувствовала себя почти вдовой. Но все-таки еще оставалась операция, а значит, хоть и слабая, но все же надежда. — Мисс Спенсер,— донесся до нее голос секретарши,— доктор Уитни готов вас принять. Секретарша открыла стеклянную дверь приемной, и Аманда, поднявшись со стула, взяла сумочку и скользнула в короткий коридор, упиравшийся прямо в дверь кабинета доктора. Идя по коридору, она продолжала гадать, зачем она понадобилась врачу Кена. Чем вызвано это странное приглашение? Аманда усматривала в нем предвестника какой-то новой беды. Доктор Уитни, сидевший за письменным столом, приподнялся и сделал приглашающий жест, указывая на стул, стоявший по другую сторону стола: — Присаживайтесь, мисс Спенсер. Доктор Уитни являл собой полную противоположность тем псевдоврачам, которые мельтешат на телеэкране, рекламируя всяческие таблетки и медицинские услуги. Широкое, покрытое морщинками благообразное лицо человека, собравшегося достойно встретить старость, мохнатые брови, седеющие виски — вся внешность этого человека навевала мысли о его огромном опыте, мудрости и доброте. После того как Аманда села, доктор Уитни снова опустился в кресло, закрыл папку, лежавшую перед ним на столе, и сразу перешел к делу: — Мисс Спенсер, я посчитал, что нам лучше поговорить лично, поэтому и попросил вас заехать. |
