|
— Позволь все объяснить… — Ты не должен ничего объяснять,— отрезала она.— Я уже говорила тебе. Мне ничего не надо. Я верю тебе. Ты действительно хочешь отвести меня в пещеру? Думаешь, это безопасно? — Ну конечно же! Вчера я не хотел, чтобы меня допрашивали в моей комнате. Но сейчас мне ничего не грозит. Он и сам поверил в это. Он надеялся, что Лопес, хотя и способный на любые фокусы, все же не дал лурдской полиции его описание. Не вызывало сомнений, что Лопес хотел запугать его, но не желал, чтобы его в самом деле поймали. — Тогда пойдем. Можем оставить Розе записку на двери. — Давай я напишу. — Хорошо, пиши: «Дорогая Роза. Я пошла в грот с другом. Сможешь найти меня там. Наталия». А теперь мне нужно в ванную и одеваться. Она пошла, и он проводил ее взглядом. «Сначала — главное»,— напомнил он себе. — Наталия, может, помочь тебе с чем-то еще? У тебя тут на столе сумка из самолета, ручной багаж. Какие-то пластиковые бутылки, свеча. Взять их с собой в грот? Она остановилась у двери в ванную: — Да, я собиралась положить все это в сумку. Хочу зажечь свечу, а бутылки наполнить водой — для моей родни. У него сердце екнуло от радости. — Тогда я все это упакую. — Правда? — В один момент. Итак, написать записку Розе и собрать сумку. Все? — И еще любить меня,— жизнерадостно засмеялась она и закрылась в ванной. Им овладело искушение побежать следом за ней, подхватить ее на руки, отнести обратно в постель и любить так, как ему еще не доводилось любить никого другого. Однако он сдержался. Услышав, как в ванной зашумела вода, он вылез из постели. Нацарапал записку женщине по имени Роза. Опустился на колени, вытащил из-под кровати свой чемодан и открыл его. Бережно вынул динамитные шашки, детонатор, таймер, провод и перенес все это на стол. Все шло по плану, вернее, в соответствии с его надеждами. Он поместил упакованную взрывчатку в сумку Наталии, прикрыл сложенным полиэтиленовым мешком из магазина, а сверху уложил большую свечу и пластиковые бутылки и застегнул молнию. Микель курил, ожидая, когда она выйдет в лифчике и трусиках. Он перехватил ее на пути к шкафу, сжал в объятиях и осыпал жаркими поцелуями. — Ах, Микель, я так хочу тебя,— прошептала она, но отстранилась.— Позже. Потом. Мне нужно одеться. — Хорошо, позже,— согласился он.— Мне тоже надо собраться. Уртадо нашел в чемодане свои туалетные принадлежности и отправился в ванную. Он почистил зубы, побрился, быстро принял душ, вытерся, причесался и оделся. — Ты готов, Микель? — услышал он ее голос. — Один момент! Через несколько секунд он вышел и увидел, что она шарит руками по столу. Он подхватил набитую сумку, прежде чем Наталия успела до нее дотянуться. — Твоя сумка у меня,— сообщил он.— А записку Розе я написал. Свободной рукой он сжал ее ладонь. — Ну что ж, в путь. К гроту. Десять минут спустя они были у пандуса, ведущего на территорию святилища. К этому времени Уртадо уже составил четкий план. Наверху пандуса, как и раньше, стоял полицейский кордон. Полиция останавливала лишь тех паломников и туристов, которые что-то несли с собой. Она осматривала каждую сумку, каждый пакет, прежде чем пропустить людей дальше. |
