|
— Извини, я немного припозднился. — Ничего страшного, Рой. Ты, главное, скажи, тебе удалось что-нибудь узнать? — Поверь, Жизель, я сделал все, что мог. Однако боюсь разочаровать тебя. У девушки замерло сердце. Ей не хотелось услышать плохие вести, но она приказала: — Говори же. — Я созвонился со своими приятелями из числа преподавателей Колумбийского университета и попросил их перезвонить мне. Даже пораньше ушел на обед, чтобы сгонять в университет и самому провести там кое-какую исследовательскую работу. Как я уже сказал, жаль, но вынужден тебя огорчить. Тот мужик, что назвался тебе профессором Сэмюэлом Толли с лингвистического отделения в Колумбийке, врет. Он просто хочет тебя охмурить. Честное слово, так не хотелось сообщать тебе плохую новость… Жизель смотрела на телефон таким взглядом, будто это был бриллиант «Кохинор», преподнесенный ей в подарок рождественским утром. Она не могла прийти в себя от внезапно свалившегося на нее богатства. Хотелось расцеловать Роя за этот самый «Кохинор». Жаль, не разъяснишь ему всю правду — уж слишком это было бы долго и запутанно. Пришлось взять себя в руки и внести в голос нотки разочарования, которые должны были скрыть безумную радость. Прервав Роя, который изливал на нее слова утешения, она переспросила: — Значит, в Колумбийском университете нет никакого профессора Толли? — Среди преподавателей нет ни одного человека с такой фамилией. Никакой Толли там не преподает и никогда не преподавал. Человек, с которым ты имеешь дело, или пытается выдать себя за другого, или попросту тебя разыгрывает. — Вот ведь сволочь! — ругнулась Жизель. Получилось весьма правдиво и вместе с тем достаточно расплывчато. — Уж ты извини,— снова попытался утешить ее далекий голос Цимборга. — Ничего страшного, Рой,— откликнулась она, окончательно придя в себя.— Переживу как-нибудь. Хотя бы ради того, чтобы увидеться с тобой и лично отблагодарить тебя, как положено. — Хорошо, если бы получилось. — То, что зависит от тебя, ты сделал, и я по-настоящему благодарна тебе за это. Ты прелесть, и мне не терпится увидеть тебя. Я напишу тебе, когда определятся сроки моего приезда в Нью-Йорк. — Надеюсь, ты не будешь долго тянуть с этим, Жизель. — Это произойдет очень скоро. Обещаю тебе, Рой. Положив трубку, Жизель поймала себя на том, что улыбается во весь рот, как идиотка, а сердце ее поднялось из пяток на привычное место и радостно бьется. Господи, хорошо-то как! С неопределенностью покончено. Никакого Толли нет. Есть только Тиханов. Причем Тиханов находится здесь, в Лурде, а судьба его всецело находится в ее руках. Самое время его прищучить. Предвкушая следующий ловкий шаг, она положила на колени телефонный справочник Лурда и, перелистав его, нашла номер телефона гостиницы «Грот». Набирая этот номер, Жизель раздумывала, просить ли соединить ее с номером Толли, но решила, что не надо. Нет, это не телефонный разговор. Лучше изложить свои требования к Толли при личной встрече. Тогда ее заявление прозвучит более угрожающе и будет более действенным. Она встретится с ним в его номере, если он на месте. Сейчас она это выяснит. В трубке прозвучал голос оператора. Жизель попросила переключить на ее друга Гастона, который работал за стойкой регистрации. — Регистрация, — сказала трубка голосом Гастона. — Гастон, это Жизель Дюпре. |
