Вдруг откуда то донеслись мужские голоса и топот тяжелых ботинок. Даниэлю кое как удалось исторгнуть хриплый вопль о помощи. В дело тут же вступили огнетушители и брандспойты, и прямо над ухом чей то голос призвал его соблюдать спокойствие.

Впоследствии он так и не смог вспомнить, как оказался в парке. Просто вдруг пришел в себя на скамейке, жадно вдыхая чистый и прохладный альпийский воздух.

– М да, на волосок вы были, – проговорил один из охранников.

– Что с Марко? – выдохнул Даниэль.

– Ему досталось побольше, чем вам. Сейчас он в отделении интенсивной терапии. Но с ним все будет в порядке.

Даниэль оглядел ночной парк. Кругом царило неестественное спокойствие.

– Разве никого эвакуировать не будут? Там же пожар! – воскликнул он в изумлении.

– Его уже потушили. Огонь не успел распространиться. К тому же в здании пожаростойкие стены и перекрытия.

Даниэль поднял взгляд на медицинский центр. Большинство окон были погружены в темноту – с виду и не подумать, что совсем недавно внутри бушевало пламя.

– Марко курил в постели, – принялся объяснять он. – Матрац и загорелся. А что случилось с пожарной сигнализацией? Она должна была сработать, едва лишь он закурил первую сигарету.

– Наверно, он отключил ее.

– Неужели это возможно?

Охранник пожал плечами.

– Все возможно, если у тебя руки из нужного места растут, как говорит мой отец. Так куда хотите сейчас пойти? На другое отделение или в свой коттедж? Врач сказал, что кровь на анализ завтра брать не будут. Ваше состояние не позволяет.

– Я хочу вернуться в свой коттедж. Впрочем, еще больше я хочу вернуться домой в Швецию.

Охранник присвистнул.

– Не всё сразу! Мы проводим вас.

У коттеджа Даниэль обернулся поблагодарить охранников.

Ночь выдалась ясной. Долина внизу была погружена во тьму.

Но, к его величайшему удивлению, самый высокий пик вдали сверкал так же ярко, как и днем. Его блистающие серебристо белые склоны парили над ночным альпийским пейзажем подобно волшебной обители богов. Как же такое возможно?

Потом он сообразил, что гора освещается лунным светом. И все равно это выглядело каким то чудом. На глаза Даниэля сами собой навернулись слезы.

Один из охранников участливо похлопал его по плечу.

– Вы устали. Ложитесь ка спать.

21

Собирать было практически нечего, поскольку Макс похитил практически все его имущество. Но вот сменная одежда определенно понадобится, так что Даниэль отобрал кое какие вещи брата и сложил их в рюкзачок.

Шел дождь, и в вестибюле царил полумрак, а в открытом камине пылал огонь. Хозяйка за стойкой оторвалась от записей и сказала:

– Ах, это вы, Макс. Мне жаль, но ваш брат так и не давал о себе знать.

Даниэль сделал глубокий вздох и со всей серьезностью посмотрел ей в глаза. Настало время взорвать бомбу.

– Меня зовут не Макс. Я его брат близнец. Мы поменялись местами.

Хозяйка нахмурилась. Эта была из женщин постарше, лет сорока пяти, однако она вполне сохранила привлекательность, хотя и выглядела немного холодно. Даниэль выждал, пока она не переварит информацию, и продолжил:

– Просто мы очень похожи. Я сбрил бороду, а он приклеил себе фальшивую. Из здешнего театра. Идея принадлежала целиком ему. Он хотел забрать деньги, чтобы оплатить счета, и планировал отсутствовать всего пару дней, а потом вернуться. Но, по видимому, что то случилось.

– Понятно, – отозвалась женщина с настороженной улыбкой.

– И теперь я уезжаю. Ожидание слишком затянулось.