– Ладно, Том. Меня зовут Даниэль.

Он протянул хозяину руку.

Тот взглянул на нее как на какой нибудь листик, или облако, или нечто в подобном роде, на что толком и не реагируют, даже замечая.

– Вообще придурок конченый, – пробормотал он и снова принялся за резьбу.

– Восхитительные работы. – Даниэль опустил руку и кивнул на комнату. – Вы художник?

– Я работаю с деревом, – процедил Том.

– Это я понял.

Еще Даниэль понял, что помощи от этого чудилы ему не дождаться. Зря он вообще поехал с ним. Пожалуй, нужно убираться отсюда как можно скорее. Теперь от деревни находился он далеко, но сориентироваться можно будет и по реке. Надо просто спуститься по ней в долину.

Даниэль подобрал свой рюкзачок с пола, отряхнул от опилок и закинул за спину.

– Интересно было посмотреть ваши работы, Том. Теперь мне нужно возвращаться в долину и искать там попутку. Часом, не знаете, где здесь ближайшая станция?

Мужчина оторвался от работы, какое то время изучал гостя с дружеским участием, затем осведомился:

– Что, вправду все так плохо?

– Да нет, все хорошо, в общем то. Дело в том…

– Тебе точно пошло бы на пользу, если бы ты был сделан из дерева. Тогда я смог бы придать тебе более менее приличный вид. Твой подбородок.

– Мой подбородок? – отшатнулся Даниэль.

– Он же кривой. Выпирает влево. Не, погоди. Начинается слишком высоко. Даже чересчур.

Том прищурился и вытянул в сторону Даниэля руку с ножом, примеряясь к его чертам. Затем последовала серия замысловатых движений, словно бы он вырезал воображаемую скульптуру.

Даниэль нервно потер подбородок и откашлялся.

– Как я уже сказал, Том, интересно было посмотреть. По настоящему впечатляющие работы. Что ж, бывайте!

Он уже стоял на пороге, как хозяин вдруг гаркнул:

– Это ты спер мои дрова?

Даниэль удивленно обернулся.

– Что вы сказали?

– Из моих запасов у порогов пропали дрова. Это ты их украл?

Перед мысленным взором Даниэля предстала поленница возле порогов, где они с Максом рыбачили. Намалеванные из баллончика буквы «ТОМ». Он еще тогда решил, что это какая то аббревиатура. А Макс сказал, мол, все в порядке, он знает этого фермера.

Так вот что это за фермер. Старый хиппи параноик, в свое время перебравший с кислотой и в итоге обосновавшийся в Швейцарских Альпах.

Да в той заначке было не меньше сотни поленьев! Даниэль взял всего то пять шесть. Неужто Том все их пересчитывает?

– К вашим дровам я не прикасался, Том, – ответил он, постаравшись придать словам подобающую твердость и правдоподобность.

– Я перережу глотку любому, кто прикоснется к моим дровам, – ровным голосом сообщил Том, подкрепив угрозу иллюстрирующим жестом. – Все дрова в долине – мои. Я единственный имею право рубить лес. Если нужны дрова – покупай их у меня.

– Непременно, – с готовностью отозвался Даниэль. – Непременно. Я запомню.

Хозяина это как будто успокоило. Он подошел к древнему проигрывателю в углу и поставил на него пластинку. Мгновение спустя две колонки громогласно объявили о своей работоспособности, и помещение наполнили насыщенные вибрирующие звуки гитары Джими Хендрикса.

Том одобрительно закивал, добавил еще больше громкости и вернулся к резьбе. Ссутулившись, он принялся скалиться и корчить рожи, подергивая головой, словно курица, в такт музыке.