— Янушка…

— Тш-ш-ш, молчи, дай побалдеть, — откликнулась я, закрывая глаза. Вниз, ещё немножко вниз, мышцы ног напряжены, ладони щекочет мех… А теперь вверх, и снова вниз. Я скольжу на твёрдом шесте, как стриптизёрша, неуклонно погружаясь всё ниже и погружая его всё глубже, едва удерживаясь, чтобы не вогнать его в себя на полную длину. Нет, нет, минет был слишком быстрым, а я хочу растянуть удовольствие, хочу прочувствовать каждую секунду действа, каждый миллиметр моей прелес-с-с-сти… Как долго я этого ждала!

— О-о-ох, люблю тебя, голубка моя…

— А я тебя как люблю, мой… сокол! — простонала от восторга и взвизгнула, когда Стоян, прижав меня к себе, рывком перевернул и уложил спиной на соболя: — Что ты делаешь?

— Люблю, — просто сказал он и двинул бёдрами. Меня словно пронзило разрядом чистейшего наслаждения, о котором я лишь догадывалась до этого момента. Вечность! Вот чего я хотела. Остаться навсегда в таком состоянии…

К сожалению, запас сил для своего первого раза Стоян израсходовал слишком быстро. А я не успела даже настроиться на секс, витая где-то на седьмом облаке, поэтому, когда мой любимый новоиспечённый супруг застонал особенно протяжно и замер, пульсируя в глубине моего тела, непроизвольно вскрикнула:

— Ещё! Ну?

Облако растворилось подо мной, и пришлось планировать. Чтобы не разбиться о твердь разочарования. Стоян с глуповатой улыбкой на лице практически рухнул рядом, едва успев высунуть член наружу, и твердь покачнулась, взметнув облачко надежды. Но нет, мужик погиб в расцвете сил. Его член, напротив, всё ещё жил, наперекор судьбе торча на двенадцать часов. Какая выносливость… Но как насчёт меня? Кто позаботится о моём оргазме, который пока улетел не очень далеко? Его можно догнать…

— Стоянчик… Ты живой? — позвала я мужа, обречённо поглаживая низ живота и не решаясь коснуться клитора.

Он промычал что-то неразборчивое и приподнявшись на локте, запечатлел нежный чмок на моих губах, потом снова откинулся на подушки. Нет, вот это вот уже безобразие!

— Может, ты мне поможешь? — я осторожно взяла его кисть и перенесла себе на лобок, нащупала указательным пальцем мужа «бутон райского наслаждения» и легонечко потёрла.

— Янушка, что ты делаешь? — изумился Стоян, вмиг просыпаясь от спячки.

— То же, что и с тобой, — мурлыкнула я, закрывая глаза. — Делаю хо-ро-шо… Не останавливайся! Да-а-а, вот так…

Я снова поднималась на облачке в небеса, и руки сами собой потянулись к грудям, сжали их, ускоряя вознесение, несильно ущипнули за соски. А губы снова накрыл тягучий поцелуй, уже по всем канонам, как я учила… Мой муж скользнул ртом по щеке к уху и шепнул:

— Любая, дай-ка я ещё раз… Коли можно.

— Нетерпеливый…

Заветное седьмое небо было уже совсем рядом, и я выключила свет и звук, чтобы стать маленькой пуговкой в складках лона, чтобы не пропустить момент и получить вою законную награду за воздержание. Затеребила соски и вдруг почувствовала, как губы Стояна сомкнулись на одном из них, куснули осторожно. Искра пронизала моё тело, словно я коснулась оголённых проводов, оно выгнулось, и я улетела надолго, краем уха успев услышать тревожный возглас Стояна…

Конечно же, насладиться прибоем мне не дали. Муж растормошил, растопырив глаза, повторяя:

— Янушка! Янушка! Что с тобою, милая?

— Чего ты паникуешь? — недовольно откликнулась я, приоткрыв один глаз. — Оргазм у меня. Ты доволен?

Стоян отшатнулся, отдёрнув руки:

— Это что за хворь такая?

Засмеявшись, я притянула его к себе, обняла. Он лёг рядом, хмурясь, а мне пришлось объяснять:

— Ну, кончила я… Как ты только что.