— Хочешь выпить чего-нибудь горячего? — спросил Сэм у матери.

— Нет, — ответила она. — Если Том с Фрэнком хотят кофе, то там есть приготовленный.

Мы не стали пить кофе, а отправились спать. Рано утром я ушел на поиски работы, не надеясь, что найду ее. И правда, я истратил тридцать пять центов, но так ничего и не нашел. Не было даже работы на девять-десять долларов в неделю. Около семи я вернулся и рассказал Тому о своих блужданиях.

— Будет что-нибудь, — сказала миссис Гаррис. — Не волнуйся, мальчик, Господь не оставит тебя.

Я улыбнулся ей и сказал:

— Спасибо, мэм, но Бог не может обеспечить даже вашу семью, поэтому лишний рот вам ни к чему.

— Не говори так, мальчик, — ответила миссис Гаррис. — На жизнь нам хватает.

Глава шестая

Три дня мы питались овсяной крупой. Конечно, это хорошая пища, но она чертовски надоедает. К концу недели у меня все еще не было работы и осталось всего три доллара.

В субботу вечером Том спросил меня:

— Не хочешь пойти на вечеринку?

— Конечно, хочу, — сказал я, — но, может быть…

— Пойдем, — оборвал он меня. — Это платная вечеринка, вход стоит двадцать пять центов. За эти деньги можно послушать музыку, поесть и выпить. А кроме того, — добавил он, беря меня за руку, — там будут девушки.

— Хорошо, — улыбнулся я, — но…

Ничего, — снова оборвал он меня. — Они, скорее всего, подумают, что ты просто бездельник, который забрел в Гарлем.

Через час мы оделись и вышли. Сэм остался дома. Он сидел за столом и читал.

— Отличный парень мой брат, — сказал Том. — Он сейчас староста класса.

— Да, похоже на то. Он все время сидит над книгами, — ответил я.

Вы когда-нибудь пили джин с пивом? В стакан пива наливается две порции джина — вот что пили на вечеринке. Наверное, я опьянел после первого же стакана, потому что не совсем помню, что там происходило. Было человек тридцать. Какой-то мужчина играл на гитаре. Было несколько белых мужчин и женщин. Казалось, что белые избегают друг друга и разговаривают только с неграми. Когда я попытался заговорить с белой девушкой, она отвернулась и подошла к симпатичному негру.

Около трех ночи вечеринка закончилась. Том так нагрузился, что еле двигался. Я обхватил его и вывел на улицу. Холодный воздух освежил меня, и, когда мы добрались до дома, я был абсолютно трезвым. Пока мы шли, довольный Том что-то пел и орал, а когда мы вошли в подъезд, он упал. Я попытался поднять его, но мне это не удалось. Света в подъезде не было, я чиркнул спичкой и, услышав под лестницей какую-то возню, посмотрел туда. Там стояла Элли и белый мужчина лет сорока. Лицо его было напряжено, взгляд испуганный, пальто и пиджак расстегнуты. Элли стояла и смотрела на меня. Мужчина двинулся к выходу, но она схватила его за плечо.

— Дай мне еще двадцать пять центов, — сказала она.

Он сунул руку в карман, протянул ей монету и поспешил на улицу.

Элли спокойно подошла ко мне и посмотрела на лежащего Тома.

— Он что, упал? — спросила она.

— Да. Помоги мне поднять его, я один не справлюсь.

Общими усилиями мы дотащили Тома до квартиры и уложили на кровать. Было примерно половина четвертого. Сэм спал, из соседней комнаты доносилось похрапывание миссис Гаррис. Я пошел на кухню, и Элли отправилась за мной. Я посмотрел на нее.

— Ты никому не скажешь? — спросила она.

— Не скажу, — ответил я.