Я улыбнулся, подумав о ста восьмидесяти пяти долларах, которые лежали у меня в кармане.

— Ну хорошо, — сказала она, — хорошо. Сегодня после обеда мы пройдемся по магазинам и купим тебе кое-что из одежды: пиджак с накладными плечами — ты в нем будешь выглядеть старше — и несколько цветных рубашек. — Она подошла к двери и снова позвала Мэри. — Но не думай, что ты получишь все это просто так. Я вычту стоимость вещей из твоего первого жалования.

В комнату вошла крепкая негритянка.

— Что вы хотели? — обратилась она к старухе.

— Мой внук только что приехал из Нью-Йорка. Покажи ему свободную комнату на третьем этаже.

Девушка скептически оглядела меня. Похоже, что старуха прочитала ее мысли и закричала:

— В чем дело? Ты слышала, что я сказала? Мой внук! Разве у меня не может быть внука? Я такая же женщина, как и все остальные, а у них есть дети.

Негритянка фыркнула.

— Я уже шесть лет служу у вас, миссис Мандер, но вы никогда о внуке не упоминали.

— Вот такие они, эти черномазые, — сказала старуха, оборачиваясь ко мне. — Если к ним относиться хорошо, то они очень быстро начинают считать себя хозяевами положения. — Она снова повернулась к негритянке и заорала: — Чертова черномазая! Я же сказала тебе, что он мой внук. Посмотри на него, он же похож на меня, у него такие же, как и у меня, глаза.

Негритянка посмотрела на меня, я чувствовал, что она колеблется.

— Ну-у, раз вы так говорите, миссис Мандер.

Старуха торжествующе воскликнула:

— Ну хорошо, он не мой внук. Я никогда не видела его до сегодняшнего дня. Но он будет здесь работать, и для всех остальных он мой внук. — Она повернулась ко мне. — Мэри невозможно обмануть, она давно работает у меня. Мы ведь не смогли обмануть тебя, Мэри, да?

— Не смогли, миссис Мандер, — сказала Мэри уже с улыбкой.

— Покажи ему его комнату, — сказала миссис Мандер. — А потом, ради Бога, принеси мне что-нибудь поесть. И приберись в этой чертовой комнате, здесь такой бардак. — Она направилась к двери, потом обернулась ко мне. — Ты ел, Фрэнк?

— Да, бабушка, — ответил я.

— Ну хорошо. Тогда иди в свою комнату, а через час я позову тебя. Мы пойдем за покупками. — Она вышла в прихожую и исчезла за дверью, расположенной позади лестницы.

Я стал подниматься по лестнице за Мэри. В доме стояла тишина, коридоры были грязные и плохо освещенные. Поднявшись на два пролета, мы остановились перед небольшой комнатой. Мэри открыла дверь, и я вошел за ней. Комната была маленькая, окна выходили на улицу. Они были закрыты тяжелыми черными портьерами. Возле стены стояла небольшая односпальная кровать, а в углу — умывальник.

— Туалет внизу, в прихожей, — сказала Мэри. — Там же комната миссис Мандер, моя комната наверху. Девочки живут на втором этаже.

— Спасибо, — сказал я.

Мэри посмотрела на меня.

— А ты действительно из Нью-Йорка?

— Да.

— Но ты ей не родственник?

— Нет.

Она вышла. Я закрыл дверь, снял пиджак, бросил его на кресло и растянулся на кровати. Я чувствовал себя усталым, до сих пор я не знал, что такое искать работу. Я посмотрел на потолок, потом на стену, пытался полежать с закрытыми глазами, но не смог.