Толстые талмуды стали моими лучшими друзьями, любимой подушкой, которую Ксержик временами выдёргивал из-под спящей меня. Спать в сидячем положении некромант тоже не оставлял, укладывал на место, а утром читал лекцию о соизмерении потребностей и возможностей.

Теория шла со скрипом, но шла. Строение заклинаний начало обретать формы, перестав быть призраками общих законов, зазубренных на первом курсе. И только сейчас я поняла, насколько это всё сложно, сколько всего нужно учесть. Оказывается, любое колдовство базируется на строгом расчёте. И без него магом никогда не станешь, только бездумным потребителем готовых заклинаний-болванок неизвестного действия.

С одним хитрым расчётом обратилась к Магнусу. В конце концов, он сам предлагал мне помощь.

Некроманта отыскала в лаборатории: Магнус вместе с другими учениками что-то творил с трупом. Покойник был не первой свежести, но какой именно, предпочла не выяснять: дорожила содержимым желудка.

Ксержик восседал на высоком стуле, будто петух на насесте, и лениво отдавал указания, временами кидаясь замечаниями. Одно из них досталось мне, вернее, человеку, не вовремя отворившему дверь:

— А вам закон не писан и жить надоело? Тогда милости прошу, второй стол для препарирования свободен.

— Прости…те, я…я в коридоре подожду.

Занять место трупа не хотелось. Ладно, если сразу оживят, а то посинею, позеленею, разлагаться начну… Судя по запаху, в лаборатории точно что-то сдохло. И не один раз.

— А, Агния, тебе можно, — сменил гнев на милость Ксержик.

Что можно? Учебным пособием стать? Меня отражение в зеркале вполне устраивает, менять ничего не хочу.

Видя, что я не жажду приобщиться к науке, некромант сполз со стула и, велев ничего без него не трогать, вышел за дверь.

— Я или кто-то другой нужен? О демоне не забыла? В шесть по полудню. Подстраховать? — И все эти фразы за одну минуту. А ещё говорят, женщина — тараторки.

Задумалась: стоит ли говорить всю правду, — потом решила, что Ксержику можно. А то ещё решит, что у меня роман, прельстилась его учеником, неотразимым, как все некроманты. Они ведь все полагают, что лучше них нет никого на свете.

Некромант хмыкнул и хитро глянул на меня:

— Надо же, не ожидал! Отпущу я его через полчасика, он способный, управится. Но обрати внимание на парня. Это я не из солидарности к будущим коллегам говорю, а исходя из жизненного опыта и твоих потребностей. И не надо такие глаза делать! На шею ты мне села знатно, за полгода гнездо свила.

— Спасибо, Алоис, но я как-нибудь сама, ладно?

Назвала по имени — и испуганно замерла: как отреагирует?

— Хорошо, но из-за одного непарнокопытного не стоит сколачивать себе гроб, — Ксержик щёлкнул меня по носу и взялся за ручку двери. Потом, обернувшись, добавил: — Рад, что наконец-то перестал быть безликим существом.

Он уже три дня пребывал в хорошем настроении: Маргариту начало тошнить. Она ругалась, а Ксержик хохотал, стискивал в объятиях и говорил, что готов сколько угодно лицезреть её взаимоотношения с тазиком. К его чести, он сделал какую-то болталку, которая помогала ректору избегать конфузов в Школе. Пахла она лимонами.

Сейчас для Маргариты наступали сложные времена, когда беременность предъявляла свои права, заставив считаться с собой. Пожалуй, стоит её поддержать и намекнуть Ксержику, чтобы взял часть обязанностей на себя. Незаметно, а то ректор устроит скандал. Нет, вовсе не потому, что против, а потому, что её поставят перед фактом.

Мысли от Маргариты переметнулись к Шкваршу. Что-то там говорил некромант, что я пойду одна? Что-то мне это совсем не нравится. Наедине с эти демоном я не останусь, потому что таки открыла одолженную Магнусом книгу.