|
Эта краткая служебная командировка обещала стать решающей в его карьере. Именно теперь у Делберта появился настоящий шанс доказать всем, что он отлично подготовлен к работе эксперта-криминалиста. И действительно, последние два года Делберт посвящал все свое время изучению криминалистики. Он заставлял свою мать экзаменовать его на разные темы — типы волосяных луковиц, разновидности ковровой пряжи, кожных выделений и прочих вещественных доказательств, обнаруживаемых на месте преступления. Чтобы на практике изучить законы баллистики, Делберт упражнялся с отцовским пистолетом на пустыре рядом с гаражами. Он даже научился ставить подслушивающие устройства. Теперь настало время применить на деле все свои добытые трудом и потом знания! Если будет на то воля Божья, Делберт наконец всем — и в особенности шерифу Бауму — покажет, из какого он сделан теста!
Внезапно пилот закричал: — Идем на посадку! Ну, теперь держись крепче! Закрыв глаза, Делберт ухватился за край кресла, словно от этого зависела его жизнь. Нос самолета накренился вниз, и машина круто пошла к земле. «Хвалите его... хвалите его... хвалите его...»
— Что опять? — Голос! Лукас вел грузовик на скорости семьдесят миль в час, прислушиваясь к разноголосице из служебной рации. По сторонам шоссе тянулись бескрайние соевые поля южного Иллинойса. Вот уже минут двадцать Лукас периодически слышал чей-то голос, упрямо пробивавшийся на волну «Черной Марии». Сначала Лукас решил, что это тот латиноамериканский паренек, Анхел, почему-то говоривший сейчас по-испански, а не по-английски. Но потом ему показалось, что кто-то говорит на ломаном английском, и настолько плохо, что Лукас ничего не мог разобрать толком. Нет, вряд ли это Анхел... Чем дальше, тем больше Софи нервничала — ей не давал покоя странный талисман, найденный Лукасом в машине погибшего Мелвила Бенуа. — Послушай, Лукас, я не шучу относительно этой штуковины... — Ну хорошо! Ты меня достала! — недовольно рявкнул Лукас. — Я знаю одно местечко... Небольшую лавку ростовщика рядом с заправочной станцией. Это как раз нам по пути. — Что угодно, лишь бы избавиться от нее, — пробормотала Софи, затягивая волосы в конский хвостик и перевязывая их эластичной лентой. — Господи, я же сказал тебе: сбагрим мы ее куда-нибудь! Кто знает, может, эта вещица куплена в каком-нибудь дешевом магазине Нового Орлеана. — Какая разница? — Да что с тобой, Софи? — Просто я напугана, Лукас. — Ну-ну, успокойся! — Не хочу я успокаиваться! — Боже всемогущий! — со стоном закатил глаза Лукас. Грузовик приближался к национальному парку Шони, и вдали уже показались бескрайние сосновые леса. Было четыре часа пополудни, солнце только начинало клониться к закату, и тени деревьев удлинялись. — Я знаю, в чем дело, — внезапно улыбнулся Лукас. — Ты просто проголодалась! — Я совсем не голодна! — Но у нас сегодня ничего не было во рту, кроме пачки крекеров! — Сказала же! Я не голодна! — Да будет тебе, Софи! — нарочито бодрым тоном сказал Лукас. — Неужели ты хочешь уверить меня в том, что разлюбила свою кроличью еду? — Прекрати, Лукас, — устало отвернулась Софи. — Ты только представь себе... огромная тарелка ароматной спаржи, соевый соус, свекольные котлетки, пикантная морская капуста, приправленная оливковым маслом и уксусом... — Лукас, предупреждаю тебя... — Слушай, у меня просто слюнки текут от одной только мысли о горячих ароматных овощах! — не унимался Лукас. |
