Не в силах, что-либо ответить, я лишь кивнула. Стоило ли вообще радоваться взаимности, если счастье все равно осталось все так же недостижимым?

– Надеюсь, с этим уяснили, – Джабраил отвел от меня пристальный взгляд. – Теперь все помыслы об одном: путь в Сиапех. Ждем полного круга Литаира и в дорогу. Все равно ифритов пробудил кто-то. И пробудил намеренно. Не знаю причин, но неспроста чудище искало именно тебя. Не сомневаюсь, это не последняя встреча. Их будет все больше и больше. И как бы не объявился нынешний хозяин этих тварей. Все же несколько дней – может оказаться чересчур длительным сроком.

– Есть еще кое-что, Джабраил, – я с трудом сменила мысли о Зехире на более важную тему, – перед тем, как Нарайян стал багровым и появился ифрит, я почувствовала нечто очень странное. Какую-то обрушившуюся на меня мощь. Нет, не силу, мои возможности не изменились. А нечто такое...я даже не знаю, как толком объяснить... Я чувствую это и сейчас, но словно мое тело и разум привыкли к новому ощущению. Будто бы так было всегда. Но ведь это тоже неспроста, верно?

– Конечно, неспроста, – джинн кивнул. – Видимо, по той же неведомой причине у тебя снова возникло клеймо. У меня есть только одна мысль. Все-таки после обряда второго рождения ты словно замерла на грани между человеком и предсказательницей. Нужен был некий толчок, чтобы сместить твою сущность либо в ту, либо иную ипостась. Видимо, это и произошло.

– И я снова та же предсказательница, что и прежде? – даже в глазах защипало.

– Несомненно. Я знал, что так и произойдет, ведь в моем проклятии не могло закрасться ошибки. Но я представить не мог, каким именно образом. Как не понимаю и сейчас. Но причины не так важны. Главное, следствие. Теперь ты окончательно определилась, и единственный шанс стать человеком упущен безвозвратно. Чтобы утешить тебя, я бы сказал, что мне жаль, но лгать тоже не хочу.

– Ты как всегда мил, – я горько улыбнулась. – Один вопрос, Джабраил. Только прошу, хоть в этот раз не увиливай от ответа. Зачем тебе все это? Ведь тебе плевать и на людей, и на джиннов. Так зачем ты так беспокоишься о моей столь важной для всех смерти? Какая у тебя здесь выгода?

– Все просто, – как ни в чем не бывало, ответил джинн. – Когда ты выполнишь свое предназначение, я больше не буду изгнанником.

И Джабраил исчез. Видимо, опасался, что начну возмущаться или еще что-то спрашивать. А я даже не удивилась, и так знала, что джинн меня просто использует в своих целях. Теперь хоть эти цели стали ясны.

К тому моменту, как пришел Зехир, я успела переодеться, забраться под одеяло и притвориться спящей. Он не стал меня будить. Лег рядом и крепко обнял. Ровное дыхание вскоре свидетельствовало о его глубоком сне. А я вот уснуть никак не могла. Мысли одолевали противоречивые. С одной стороны, так радовалась, что чувства не только мною не придуманы, но даже взаимны. Но с другой, как раз нельзя было этому радоваться. Ведь будь Зехир ко мне равнодушен, моя смерть не принесла бы ему страданий. А так... Я попыталась представить, что ощутила бы я, если бы он вдруг погиб. И едва не задохнулась от панического ужаса. Сама мысль о таком уже впивалась в сердце раскаленным жалом. Я в панике прижалась к Зехиру, боясь, что он и вправду вот-вот исчезнет.