— Господи! Мы же разумные люди!

— Вот именно, — тут же прореагировал Генри. — Потому и должны бороться со злом!

Невообразимый шум заставлял их до предела напрягать голос. Толпа наседала на спорящую четверку, и они с трудом удерживались на месте, цепляясь друг за друга.

— Джеймс, Фред! Ну скажи им хоть ты, Джон! Здесь не место для дискуссии! Поговорим дома… — Внезапно раздавшиеся выстрелы заставили толпу смолкнуть, и последняя реплика Райна отчетливо прозвучала в полной тишине: — Это же все чушь собачья, голая пропаганда!

Слова Райна тут же привлекли внимание одного из Патриотов, красная физиономия которого высунулась из-за плеча Генри.

— Ты что такое болтаешь, приятель? А? — вопросил он Райна.

— Вас это не касается, любезный. Ступайте своей дорогой! — отрезал тот.

— Ну это мы еще посмотрим — кого касается, а кого нет, — угрожающе прошипел красномордый. — Все слышали, что ты тут только что вопил! И вот что, приятель, думается — ты их прихвостень!

Надменно вскинув подбородок, Райн процедил сквозь зубы:

— Я не стану дискутировать с вами, уважаемый. И мое мнение вас не касается.

Мастерсон почувствовал, что если не вмешаться, живыми их не выпустят: невозмутимый Райн, кажется, тоже завелся.

— Заткнись! — крикнул он в мерзкую потную рожу Патриота и тут же затеребил за рукав Райна. — Замолчи, сейчас же замолчи! Немедленно отправляемся домой!

— Да тут их целая шайка! — заорал краснолицый. — Держите пришельцев! Вот они!

Люди повернулись на крик и угрожающе зашумели. Но оправившийся от приступа гнева Райн взял инициативу на себя.

— Слушайте все! — громко заговорил он. — Вы только что были свидетелями того, как действуют пришельцы. Они стремятся натравить нас друг на друга. Чтобы распознать врага, надо действовать умно, а не рубить с плеча. Подумайте сами. Разве чужаки стали бы лезть в самую свалку? Нет, они хоронились бы в сторонке, чтобы издали науськивать нас, а потом незаметно скрыться. Разве не так?

Краснорожий в некотором смущении почесал в затылке, а Джеймс Генри выразил общее мнение притихшей снова толпы, проговорив:

— Скорее всего именно так. Надо немедленно отыскать их!

Возбужденные предстоящей облавой люди единой массой шарахнулись к выходам с площади, подхлестывая свое рвение истошными воплями:

— На улицы! Остановить чужаков! Поймать! Уничтожить! С нами Бог и наши вожди! На улицы!

Людской поток подхватил четырех друзей и потащил их прочь от паперти собора. Теперь предстояло выбраться из толпы, что оказалось делом не только сложным, но и болезненным: в давке им основательно намяли бока и оторвали несколько пуговиц. Однако миновав Национальную галерею, они оказались наконец на Оксфорд-стрит. Здесь можно было немного передохнуть и оглядеться.

Все облегченно вздохнули, и только Джеймс Генри, видимо, не понял намерения остальных. Когда они продолжили путь и оказались возле Гайд-парка, Генри удивленно спросил:

— Куда это мы идем? Мы же хотели ловить космических бандитов.

Почти детская обида, прозвучавшая в словах Джеймса, заставила Райна улыбнуться: ну как же, у мальчика отобрали любимую игрушку! Но подавив неуместный смех, Райн внушительно ответил:

— Мы идем ко мне. Там я расскажу о пришельцах то, о чем умолчали ораторы.

Почти без сил, друзья наконец добрались до квартиры Райана.

Как только дверь за ними захлопнулась, Джеймс Генри потребовал, чтобы Райн рассказал, что же ему известно о пришельцах.

— Ты имеешь в виду тех, кого на митинге именовали нелюдями, да? — уточнил Райн.