Цинния улыбнулась:

– Ты невозможен.

– Это комплимент или упрек?

– Не бери в голову. А что мне делать согласно новому плану?

– Ты уже внесла свою лепту. – Ник взял её руку и поцеловал ладонь. – Ты моё вдохновение. Если бы не ты, я бы не связал все факты вместе так быстро и чётко.

Она подумала, что он её разыгрывает, но, встретившись с ним взглядом, поняла, что он абсолютно серьезен.

– Спасибо, – пробормотала она.

– Но я хочу большего. Просто быть вдохновением недостаточно для такого трудоголика, как я.

– Чем ты хочешь заняться? – Цинния откинулась на стуле. – Почему бы не поговорить еще раз с профессором Дефорестом? Может, найду еще пару незамеченных тобой зацепок?

– Это обернется потерей времени. У него точно не все дома. – Ник подошел к телефону и сел на небольшой столик у шезлонга.

– Что ты собираешься делать?

– Сказать Физеру, чтобы начинал искать пенсионеров, работавших на финансовый отдел университета Нью Портленда.

– А затем?

Его взгляд был задумчив.

– Думаю, мы могли бы искупаться.

– У меня нет купальника.

– В раздевалке есть. Красный. Можешь переодеться, пока я даю указания Физеру.

Глава 19

Ярко красный купальник подошел идеально. Естественно. Одной из действительно раздражающих черт талантов схематиков была способность ловко определять и оценивать расстояние, длину, высоту или ширину чего либо. Покажите им чертеж многомерной геометрической фигуры, и они мгновенно скажут вам приблизительные углы в пересечении любых линий и объем каждого определенного места. Покажите им женщину, и они мигом назовут вам размер ее бюстгальтера.

Цинния предположила, что у Ника, вероятно, ее размеры давно просчитаны и хранятся в схеме в дальнем уголке его удивительного мозга. Интересно, он просматривал эти данные, когда оставался ночью один? Мастурбация схематика была без сомнения прелюбопытнейшим явлением. Жаль, подумала она, что чувством пространства таланты схематики одарены больше, чем умением строить близкие отношения.

Она подошла к бортику бассейна и села. Несколько минут она смотрела, как Ник плывет от бортика к бортику. Её восхищало то, как Ник плыл по дорожке, сильными взмахами разрезая воду и не оставляя брызг. Энергия, которую он при этом излучал, была просто осязаемой. Мышцы плеч блестели. Мощные рывки продвигали его вперед со смертельной грацией охотящейся акуло ракуды. Он вырос на Западных Островах, напомнила себе Цинния, и учился плавать в вероломных водах, а не в безопасном личном бассейне. На половине дорожки Ник изменил курс и поплыл к ней. Когда он достиг бортика, то вынырнул и положил руку на плитку очень близко к ее ноге. Другой рукой он откинул назад блестящие влажные волосы с высокого лба.

– Вижу, купальник подошел. – Он обвел ее взглядом с явным удовольствием и, кажется, собственническим инстинктом.

– Тютелька в тютельку.

Он улыбнулся:

– И как раз твой цвет.

Она посмотрела ему в лицо и увидела, что в его глазах все еще полыхали остатки огня фокусной связи.

– И какие у тебя хобби помимо плавания?

Он выглядел удивленным и к тому же немного озадаченным такой постановкой вопроса.

– Плавание – не хобби, а эффективный способ тренировок. У меня нет увлечений.

– Понятно. – Типичный одержимый схематик. Для них не существует золотой середины. Дело или захватывало их целиком, или вообще не стоило внимания.

Он внимательно посмотрел на нее:

– А ты?

– Есть ли у меня любимое занятие? – Она печально покачала головой. – Нет. В последние годы я была слишком занята другими делами.