– Ну, если ты так говоришь…

– Не волнуйся, и закончим говорить о нём.

Цинния попрощалась и повесила трубку. Когда телефон практически тотчас зазвонил, она подпрыгнула на стуле. Она посмотрела на телефон, и подождала включения автоответчика.

– Это Ник Частин. Я полагаю, вы дома, и у вас включен автоответчик, Цинния. Я бы очень хотел с вами поговорить.

Она застыла. Хотя его голос и записывался на автоответчик, звук его заставил её почувствовать опасность. Это чувство, как и прошлым вечером, заставило нервы трепетать. Очевидно, её странная реакция не была вызвана лишь темнотой и выбивающими из колеи обстоятельствами.

Ник ничего не говорил, но не вешал трубку. Он просто ждал. Она несколько секунд колебалась, но, в конце концов, не выдержала.

– Черт. – Она попыталась успокоиться и подошла к телефону так резво, будто это был не телефон, а пауко жаба.

– Да, мистер Частин?

– Пожалуйста, зовите меня Ник. После того, что мы пережили вместе вчера вечером, я думаю, мы могли бы обращаться друг другу по имени, разве нет?

Затаенный юмор в его словах производит совершено иное впечатление, нежели легкие шутки Латтрела, подумала Цинния. Шутки Ника были родом из какого то темного, далекого королевства. Места, где юмор был в большом дефиците, а оставшиеся шутки были скрюченными и слабыми от недостатка солнечного света.

– Как неожиданно. – Она попыталась сказать эти слова легкомысленным тоном. – Я только что сказала брату, что вы не собираетесь мне звонить, потому что вы слишком заняты, пытаясь дистанцироваться от меня. Мне казалось, что вы стараетесь привлекать к себе как можно меньше внимания, мистер Частин.

Он проигнорировал её замечание.

– Я прихожу к выводу, что репортеры тебе докучали?

– Утром было несколько звонков, на которые я не стала отвечать. И, мне кажется, фургон газеты «Синсейшн» все еще стоит под окнами. Но нет ничего такого, с чем я не могла бы справиться. А как ты?

– Я нанимаю людей, чтобы они выполняли полезную работу. Например, удерживали репортеров подальше от меня.

– Да, конечно. – Цинния поднялась на ноги. Она подошла к окну, таща за собой шнур от телефона, и посмотрела на фургон «Синсейшн». – Как удобно.

– Я могу послать к тебе домой кого нибудь, чтобы прогнать репортеров.

Цинния неожиданно представила себе здоровенного качка внизу в парадной. Управляющий и соседи никогда ей этого не простят.

– Ради всего святого, не надо. – Она нахмурилась от того, что в её голосе были явно заметны панические нотки. Она прочистила горло. – То есть, большое спасибо, но необходимости в этом нет. Репортеры уйдут, когда им надоест ждать.

– Возможно, но это потребует времени.

– Тебе что то известно? Если бы эти репортеры уделили убийству Морриса хоть половину своего чрезмерного внимания, у полиции, возможно, было бы больше причин заняться по настоящему тщательным расследованием.

– Уверен, полицейские делают для расследования всё, что возможно.

– Я так не думаю. – Цинния повернулась и направилась обратно к легкому столику периода Ранних исследований. – Думаю, детектив Ансельм намерен ждать до тех пор, пока возможный подозреваемый не придёт к нему в кабинет и не сознается.

– Ансельм хороший специалист. Он будет идти по любому обнаруженному им следу.

– Надеюсь, что ты прав, но, боюсь, он отложит этот случай в долгий ящик потому, что всё выглядит так, будто это очередное ограбление с целью найти денег на дозу.

Ник на другом конце провода ненадолго замолчал.

– Ты все еще считаешь, что там замешано нечто большее? – наконец спросил Ник безо всякого выражения.

– Я много часов не спала, думала обо всем этом.