Просто удивительно, что Ник сумел сдержать себя.

– У тебя с Латтрелом что то серьезное?

– Ты имеешь в виду роман между нами? Нет. – Она нахмурилась. – Мои родственники дорого бы дали, лишь бы мы сблизились. Тетя Вилли напомнила мне этим утром, что в определенных социальных кругах браки иногда заключаются, как она любит говорить, во благо семьи.

– Ты имеешь в виду, она хочет, чтобы ты вышла замуж за деньги и положение?

– Скажем так, она хотела бы видеть семью Спринг вернувшейся к былой славе.

– Ага, и ты изо всех сил этому сопротивляешься? – Ник чувствовал, что настроение у него улучшается. Его лучшим союзником в этом новом сражении было собственное упорство Циннии.

– Не считая брата, ни один из родственников особенно не отягощен вопросом, действительно ли я буду счастлива с Дунканом. Они рассматривают брак с ним как способ возродить семейное состояние.

– А что испытывает к тебе Латтрел?

– Я не знаю, – сказала она. – Я никогда не спрашивала его. Он умный мужчина, а никакой умный человек не стал бы рассматривать варианты брака с женщиной, которая объявлена несовместимой.

– Он, вероятно, был бы действительно счастлив рассмотреть варианты, – пробормотал Ник.

Она покраснела:

– Возможно. Но это не твое дело, ясно? Уверена, тебя совсем не интересует моя личная жизнь. Для тебя имеет значение только журнал Частина.

– А тебя интересуют только поиски убийцы Морриса Фэнвика. Мне кажется, мы вернулись, к плану A.

– План A?

– Тот, где ты и я работаем вместе.

– Вместе? – Уголок ее рта приподнялся в усмешке. – Конечно, вы шутите, мистер Частин. Я думала, что я маленькая коварная мошенница, как ты выразился. Почему ж е ты хочешь работать со мной?

Ник почувствовал, как вспыхнуло его лицо. Интересно, покраснел ли он.

– Я передумал. Я не думаю, что ты участвовала в подлоге.

– Действительно? Скажи мне, что заставило тебя пойти на попятную? Ты использовал свой феноменальный талант схематика, чтобы вычислить мою невиновность? Или виной всему мое безыскусное очарование и большие голубые глаза?

– Серебристые, – не отдавая отчета, поправил он.

Она моргнула:

– Что?

Он почувствовал себя глупцом.

– Твои глаза на самом деле не голубые. Они цвета серебра.

Она закатила глаза:

– Послушай схематика, и увязнешь в мелочах.

– Слушай, я признаю, что был рассержен, когда понял, что меня надули. Было логично предположить, что ты заодно с ними.

– Ну да, логично. Скорее, моя тетя Вилли логична. Просто сегодня вечером у тебя было достаточно времени, чтобы успокоиться и здраво всё оценить. Ты, конечно, понял, что я не настолько глупа, чтобы рискнуть кинуть известного Ника Частина на пятьдесят тысяч долларов, а потом вернуться домой и ждать, когда же он меня вычислит.

– Я полагаю, Полли и Омар обвели вокруг пальца нас обоих.

– Блестящий вывод. – Она сузила глаза. – Так скажи мне, почему ты хочешь работать со мной?

– Все очень просто. Мы можем помочь друг другу.

– Ха. Не рассказывай мне сказки. Тебе нет никакого дела до убийцы Морриса. Тебе нужен только журнал. – Она решительно улыбнулась. – Я абсолютно точно знаю, почему ты внезапно захотел, чтобы мы были партнерами.

Он скрестил руки на груди:

– Да? И почему же?

– Все очень просто. Ты боишься, что со мной проблем не оберешься, если я продолжу расследование самостоятельно. Мои промахи могут повлиять на твою стратегию. И теперь, когда я знаю, что ты талант схематик, из этого следует, что у тебя действительно есть план.