Джек хорошенько закрылся простыней, положил за спину подушку и не без тени иронии спросил:

– Чем вызван ваш визит?

Слава Богу, пятилетние дети не слишком разбираются в тонкостях человеческого общения.

– Почему ты пришла сюда? – спросил он, переводя вопрос на доступный ей язык.

– Я хотела взять у вас интервью.

– Для «Лос-Анджелес тайме»?

– Нет, для моего дневника, – ответила она очень серьезно. – Я не знала, как пишется ваше имя. Ну и еще кое-что…

Джек не удивился. У девочки была масса общего с ее теткой, включая болезненный интерес ко всему, что касалось лично его.

– Что же еще?

Бриджит была явно довольна, что он не прогнал ее, и поудобнее устроилась, готовясь к длинному, подробному разговору.

– В общем-то меня особенно интересует один вопрос, – начала она, – как… как вы с тетей полюбили друг друга?

У него чуть не отвалилась челюсть.

– Ну, это целая история, – только и сумел выдавить Джек.

– Вот и прекрасно! – подбодрила его пятилетняя репортерша и, расправив пачку, продолжила:

– Видите ли, «Лебединое озеро» – мой любимый балет. Принц Зигфрид отправляется охотиться на лебедей и безумно влюбляется в королеву лебедей Одетту. Одетта плавает по озеру, потому что ее заколдовал злой волшебник. Зигфрид не стал убивать Одетту, а полюбил ее. У вас тоже так было с тетей Августой?

Джек прикрыл глаза, мечтая о чашке кофе и о том, чтобы у него перестала болеть голова И еще, чтобы Бриджит не была такой разговорчивой. Как это кто-нибудь, даже пятилетний ребенок, мог вообразить, что их отношения с Гас хотя бы отдаленно походили на балет о лебедях?!

– Угу, – подтвердил он. – Так оно и было.

Бриджит в восторге молитвенно сложила руки.

– Моя самая любимая сцена в «Лебедином озере» – это когда Зигфрид и Одетта танцуют па-де-де. Вы знаете, что это такое? Они танцуют вместе, как будто они уже поженились. И еще мне нравится, когда Одетта предупреждает принца, что ему грозит опасность, он обнимает ее, а она с любовью смотрит ему в глаза. Правда, здорово? Один раз я видела, как Гас тоже смотрела на вас с любовью в глазах.

Противная девчонка, у нее не было к нему жалости. Тем временем Бриджит наклонилась и, не переставая жевать, очень серьезно спросила:

– И как вы там с ней – проделываете всякие вещички?

На этот раз он открыл рот, из которого не вылетело ни звука. Интересно, что они разрешают ей смотреть по телевизору? Какие «вещички»? Только теперь до него дошел смысл сказанных ею слов: «Один раз я видела, как Гас тоже смотрела на вас с любовью в глазах». Не смея себе в этом признаться, он так хотел, чтобы Гас смотрела на него с любовью в глазах.

Джек опустил голову и чуть не застонал от отчаяния. Всю жизнь он имел дело с монстрами: громилами, ворами, убийцами… И еще он имел дело с властями, что было не лучше. С самых ранних лет его обучали искусству побеждать в бою и умению перехитрить противника. Он жил по законам строжайшей дисциплины и беспрекословного подчинения. Он был послушной машиной и орудием убийства, но он оказался безоружным перед наивным простодушием ребенка. Бриджит победила его одной-единственной фразой!

Джек понял, что проиграл в битве со своими собственными чувствами, ничто не помогло, даже игра с ножом и деревом, и уже не стон, а сдавленное ругательство сорвалось с его губ. Он был не просто побежден, он был раздавлен.

– Значит, я не ошиблась, вы этим занимались? – настаивала Бриджит, догадавшись, что нащупала больное место. – Неужели вам это так не понравилось?

Шум в коридоре за дверью спас Джека от объяснений.