Скорее всего, так оно и было: его кандидатура была признана наиболее подходящей из всех представленных «на конкурс». Однако неясно было другое: как он вообще в списке кандидатов оказался? Отобрать, скажем, из десяти кандидатов наиболее достойного – это проблемы не составит, но как, по какому принципу производился подбор самих кандидатов?

И тут Сергей снова вспомнил Свирского. Того самого Свирского, который, как подозревал Сергей, сообщил «хозяину» о возвращении бывшего донора из далеких уральских Огней. Тот же Свирский, здраво рассудил Сергей, вполне мог «навести» на него «хозяина» – тогда, год назад, когда еще только производился подбор кандидатов в доноры.

Стоп! Сергея внезапно осенила любопытная мысль. Ведь существует еще проблема совместимости! Как он не додумался до этого сразу! Ну конечно же! Вот принцип, по которому производился отбор: пересаживаемый орган донора должен идеально соответствовать организму акцептора, в противном случае вероятность отторжения этого органа значительно возрастает. Наверняка существует набор критериев, по которым определяется совместимость донора и акцептора. Что здесь может быть? Возраст, пол… что еще?

Группа крови! Вот она, зацепка! Ведь у него, Сергея, очень редкая кровь: резус‑отрицательная первой группы. А это значит, что у того типа должна быть точно такая же кровь  ! Сергей знал: при переливании крови человеку с резус‑отрицательным фактором первой группы донором может быть носитель только  такой же крови, и никакой другой. При пересадке органов наверняка действует тот же принцип. Знал он так же и то, что людей с такой редкой кровью – не более двух процентов. У Ларисы тоже первая группа крови, но с положительным резусом. Детей в такой ситуации иметь не рекомендуется, заявила им одна врачиха в первые же месяцы их супружеской жизни, резус‑конфликт неизбежен и чреват опасными последствиями. Они плюнули на все и пошли на риск. Он вспомнил, с каким нетерпением, трепетом и страхом ждали они рождения Катюши, как врачи из районной женской консультации официально предупреждали, что ребенок может родиться мертвым и что никакой ответственности они в этом случае на себя не берут. Однако, вопреки мрачным медицинским прогнозам, Катюша родилась здоровым ребенком и на протяжении последующих десяти лет проблем со здоровьем не знала – если, конечно, не считать стандартного набора обычных детских заболеваний.

Именно в тот период их совместной жизни Сергей и был поставлен на учет в городской резус‑лаборатории. Носителей такой редкой крови, заявили ему там, наперечет, и каждый из них должен быть взят под контроль. Поначалу Сергей не понимал, какой смысл в этом контроле, однако пять лет назад понимание пришло к нему. Ему позвонили из лаборатории и попросили – если, конечно, он не возражает – срочно приехать в лабораторию и сдать кровь для переливания одному пострадавшему в автомобильной аварии. У того, как выяснилось, та же кровь, что и у Сергея. Как ему объяснили, жизнь пациента всецело зависела от его решения. Сергей не стал раздумывать, тут же собрался и поехал. Все прошло благополучно, пациент остался жив, так и не узнав, кто же оказался его спасителем: Сергей пожелал остаться инкогнито.

Возвращаясь к проблемам дня сегодняшнего, Сергей пришел к выводу, что похититель его почки должен иметь ту же кровь, что и у него: резус‑отрицательную первой группы. Информацию же о возможных донорах можно было получить только в резус‑лаборатории. А это значит, что его таинственный недруг каким‑то образом получил доступ к регистрационным данным лаборатории и вычислил, таким образом, идеального донора.

Итак, неизвестный одновременно шел по трем параллельным направлениям.