— Это дела не меняет, — с горечью возразил Реджинальд. — Он ничего нам не оставил.

— Ты хотя бы узнал, как долго здесь пробудет маркиз? Реджинальд передернул плечом.

— Он не говорит. Боюсь, что он хочет завладеть всей недвижимостью. Во все вникает, нанял нового конюха, словно он здесь хозяин. Даже не посоветовался со мной. И семена закупает, не считаясь с моим мнением, как надо распорядиться землей. И я ничего не знал обо всем до самого ужина. Выскочка.

— Говорят, его кузен, от которого он унаследовал Брэмур, был буяном и картежником, — заметила Марджери. — А еще я слышала, будто он убил Черного Валета. Да и сам Брэмур тоже… не слишком привлекателен.

— Наша Джэнет думает иначе, — усмехнулась Луиза. — Она глаз с него не сводила. И, может быть, уже вознаградила его за хлопоты…

— Господи, ведь еще месяца не прошло со смерти моего сына, — с болью в голосе откликнулась Марджери.

— Они ведь весь день провели вместе, — снова вставила Луиза.

— Как, вдвоем? — вознегодовал Реджинальд.

— Да нет, с ними были дети и эта самая Клара.

— Все равно, я думаю, его светлость этим заинтересуется. Бедный Аласдэр, наверное, уже в гробу перевернулся! Я всегда говорил: напрасно он женился на якобнтке… Пожалуй, попробую еще раз узнать, как долго Брэмур думает пробыть в Лохэне. Если задержится, то можно устроить бал и побольше разузнать о нем.

Женщины кивнули.

— Ах, если бы не этот мальчишка, ты бы стал прямым наследником! — вздохнула Луиза.

— Да, но мальчик здоров, и нам вряд ли что-нибудь достанется.

— Если вообще от Лохэна останется что-нибудь… — съязвила Луиза. — Брэмур, видимо, во всем прислушивается к Джэнет, а она готова все раздать.

— Подумать только, Лохэн будет принадлежать убийце.

Молчание воцарилось за столом. Они с самого начала пытались представить смерть Аласдэра как убийство, но врач сказал, что у него нет уверенности. «Это не мышьяк, — сказал он. — Симптомы не те. А что касается других ядов, то я ничего на сей счет сказать не могу».

— Как жаль, что она не оказалась бесплодна, — снова вздохнула Луиза.

— Колин — мой внук, он сын Аласдэра! — гордо выпрямилась Марджери.

Реджинальд бросил на Луизу предупреждающий взгляд.

— Да мы только хотим сказать, что опекуном должен быть член семьи, а не глупая молодая женщина или какой-то чужак и к тому же незаконнорожденный.

— С этим я не спорю, — согласилась Марджери. — У меня еще остались влиятельные друзья. Я им напишу, и посмотрим, может, они замолвят словечко его светлости.

— Будем надеяться и молиться, чтобы не оказалось поздно, — ханжески посетовала Луиза. — А что, если этот… Брэмур одолжил деньги на семена, а потом потребует, чтобы мы возвратили долги за него? Тогда у нас действительно ничего не останется.

— Я тогда сама поеду в Эдинбург и поговорю с его светлостью. Он может не знать, что Реджинальд сам в состоянии управлять делами, что в этом его долг и право.

Реджинальд вздохнул свободнее. Его мать умеет производить необходимое впечатление, она красноречива и способна убеждать, а кроме того, принадлежит к могущественному и обширному семейству Кэмпбелл. Пусть они только дальние их родственники, главное — фамилия.

— А может быть, вы навестите наших кузенов Кэмпбеллов? — предложил он. Марджери кивнула: — Пожалуй, я отправлюсь завтра же. Реджинальд налил себе бренди, а жене и матери по бокалу шерри.