Еще через день в бассейне наводили окончательный лоск шесть свободных врачей, а Скрипач с Итом пытались починить насосы, которые обнаружились в запертой насосной неподалеку. Два дня они чинили то, что возможно было починить, потом еще два дня — разбирались со сливной системой и с фильтрами. С фильтрами неожиданно помог Андрей, начальник госпиталя, позже он же предложил сначала промыть чашу, а потом приволок большой флакон с дезинфицирующей жидкостью, вполне подходящей под задачу.

Еще день отмывали чашу — оказалось, что смальта не тускло-голубая, как подумали вначале, а прекрасного небесного оттенка, почти что белая. На дне чаши из более темной смальты была выложена мозаика — добродушный бородатый Нептун и маленькая девочка-русалочка, сидящая у него на руках.

— Прелесть какая, — одобрил Дослав, разглядывая мозаику.

— Дядьку прямо с тебя рисовали, — хмыкнул Поль. — Похож.

— Правда, похож, — подтвердил Илья. — Отрастил бы ты бороду, что ли. А? Тем более что мы в Сонме. Тут можно.

— Подумаю, — пообещал Дослав. — Мысль неплохая…

На следующий день было решено устроить пробный пуск воды — и хорошо, что пробный, и что слив не закрывали — сначала полилась ржавая застоявшаяся вода, и чашу в результате пришлось мыть по второму кругу. Но еще через день, наконец, бассейн удалось наполнить. И наполнили, и оставили согреваться — приближался июль, дни были длинные и очень теплые.

— А кто в нем купаться-то будет? — полюбопытствовал Андрей, когда вся команда спонтанных спасителей бассейна пришла любоваться на плоды своих трудов.

— Все подряд, — пожал плечами Дослав. — И мы, и местные.

— Так мелко же, — ухмыльнулся Андрей.

— Нормально, — махнул рукой Поль. — Метр двадцать, где поглубже.

— Это тебе нормально, потому что ты теплую воду любишь, — заметил Илья. — В реку не загонишь тебя…

— Ну и люблю, ну и что, — пожал плечами Поль. — Ладно вам. Хороший же бассейн.

— Хороший, — отозвался Ит. — И правда, здорово получилось. Илья, а мне можно будет?

— Можно, почему нельзя, — пожал плечами тот. — Только тебе же через пять дней выписываться.

— Мы же говорили, что обратно… — начал Ит, и осекся. — Хотя да. Посмотрим.

Илья в общем и целом лечением был доволен, вот только Ит всё равно ел плохо, и вес нормально за этот месяц так и не набрал, не смотря на все увещевания и просьбы. Ни беседы с Мартой, ни процедуры — ничего не дало тех результатов, которые хотел видеть Илья. Марта объясняла, что это исключительно на нервной почве, что надо продолжать терапию, что нужно успокаиваться — но Ит всё никак не мог найти, как сказала Марта, точку опоры. Решение сейчас было отсрочено, но всё равно грызло изнутри, и не давало покоя.

Собственно, это предложила Марта — пару недель пробыть в городе, а затем вернуться. Тем более что Скрипач в госпитале сумел хоть сколько, но заработать. Тут всё-таки платили побольше, чем у Томанова в институте.

В день отъезда Ит после утренних процедур пошел попрощаться с бассейном. Бассейн — это почему-то было хорошо. Это была спокойная работа руками, а работа руками, как известно, отлично отвлекает от невеселых и ненужных мыслей. Расставаться с бассейном было, признаться, жаль. Искупаться Иту удалось всего дважды, но вот посидеть рядом с водой, или читая, или просто наслаждаясь покоем и тишиной было удовольствием, которого он в самом скором времени окажется лишен… и этого жаль. Мелочь, а всё-таки жаль.

На подходах к бассейну Ит услышал, что там явно кто-то есть. За кустами, скрывавшими чашу, слышался плеск воды и чей-то смех. Он подошел поближе, вышел на тропинку, которую они за эти дни протоптали, и через минуту оказался у бассейна.