На краешке, в самой мелкой части, сидела молодая женщина в цветастом сарафане, и держала на руках дочку. То, что это дочка, стало понятно сразу — и женщина, и маленькая, лет двух, девочка, были похожи: светловолосые, кудрявые, как одуванчики (Ит тут же вспомнил Настю и поразился этому внезапному сходству), сероглазые и круглолицые. Девочка тянулась к воде, мама не пускала, но плюхать по воде ладошками малышке, видимо, очень нравилось.

— Асенька, нельзя в водичку. Нельзя! Дядя придет, рассердится… Ох ты какая егоза!.. Ася, ну куда ты…

— Купайтесь на здоровье, — Ит вышел из-за кустов, улыбнулся. — Почему нельзя?

— Ой, напугали, — женщина засмеялась. Подхватила дочку на руки, встала. — Я думала, для врачей это. Только им можно.

— Всем можно, — твердо сказал Ит. — Вы там другим скажите, пусть приходят. Но чтобы чисто было, ладно? Ничего не бросать и не мусорить. Тут госпиталь всё-таки.

— Спасибо большое, — женщина заулыбалась еще шире. — С детьми на речку тяжело идти, да и опасно там, и грязно. А тут рядышком совсем. Вы доктор, да?

— Пока что пациент, — пожал плечами Ит. — Но, думаю, скоро им быть перестану. А так да, работал доктором.

— Дядя! — маленькая Ася решила, что на неё не обращают внимания, и что это надо срочно исправлять. — Дядя! — повторила она и ткнула в Ита пальчиком. — Вот!..

— Точно, — покивал Ит. — Дядя. А ты Ася, да?

— Да, — гордо ответила девочка. — Мама, — она указала пальцем на мамин подбородок. — Дай!

— Болтушка растет, сил нет, — пояснила мать. — Так мы тогда придем завтра?

— Приходите, — подтвердил Ит. — Ребята будут только рады.

05

Из пепла

В квартире за месяц их отсутствия ничего не изменилось, разве что пыли прибавилось. Скрипач, едва войдя, кинул привычным движением сумку в угол в прихожей, а затем сказал:

— Пойду до магазина дойду, жрать нечего.

— Сходи, — кивнул Ит. — А то не успеешь.

Сейчас было около семи, а кулинария, в которую они обычно ходили, как раз в семь и закрывалась.

— Тебе чего взять? Черного и творога?

— Ну да, — Ит немного удивился. Скрипач, который не ругается и ни на чем не настаивает? Странно. — Можешь еще слойки прихватить, если будут.

— Если будут, прихвачу, — согласился Скрипач. — Воду вскипяти.

— Угу… если кипятильник работает.

— Это да.

Скрипач ушел. Ит положил свою небольшую сумку поверх большой, и прошел в кухню. Кипятильника не было. Интересные дела. Куда-то убрали перед отъездом? Так вроде бы некуда.

В прихожей скрипнула открывшаяся дверь. Рыжий вернулся? Что это он так быстро?

Но это был не Скрипач.

В дверях стояла Берта.

— Привет, — сказала она. — Давно вернулись?

— Десять минут назад, — отозвался Ит. — Ну, привет. Как вы тут?

— Нормально.

Берта явно нервничала.

Ит не мог понять, почему.

— Как съездили? — спросила она.

— Неплохо, в принципе, — пожал плечами Ит.

— Хорошо, что неплохо. Отдохнули?

— Немного. Берта, в чем дело? — решился он, наконец.

— Ит, я беременна. Четыре недели.

— От кого? — спросил Ит.

И только спросив, сообразил, что сказал.

Берта подошла к нему, со всей силы влепила пощечину, потом обошла его, замершего посреди комнаты как статуя, и вышла прочь.