- Все! Идем к кораблю! - повернувшись, Конан начал спускаться. Мечи аргосца он пристроил на плече; свисавшие с ножен перевязи мерно стучали в спину. Он впервые держал в руках это оружие, и оно показалось ему почти невесомым - легче, чем привычный тяжелый клинок или киммерийская секира.

    Доносившееся сверху рычанье сделалось громче: видно, огненные демоны Кардала собирались вот-вот вырваться из кратера. Внезапно раздался долгий протяжный гул, земля вздрогнула, и в пяти шагах от киммерийца рухнул камень величиной с кулак. Он оглянулся; в сгущавшейся тьме фигуры кушита и девушки маячили позади слабыми тенями.

    - Эй, Хафра! Начинается камнепад! Брось бурдюк и чаши, помоги Калле!

    - Я сама! - В ее хриплом голосе звучала прежняя неукротимость. Сама!

    - Сама так сама, - проворчал Конан. - Давай бегом к берегу, пока нас не пришибло камнями!

    Он бросился вниз, каждое мгновение ожидая тупого удара по голове, плечам или ребрам, но камни падали еще не очень густо. Впрочем, у самой вершины мог идти настоящий каменный град, а это значило, что Рагар уже мертв. Едва Конан подумал об аргосце и его предполагаемой гибели, как вверху снова громыхнуло, и камнепад прекратился. Пепел, однако, падал по-прежнему, и в двух шагах не было видно ни зги.

    Теперь, сквозь давивший сверху рев, он разобрал звонкие удары корабельного била. Видно, Сандара сообразил, что надо помочь возвращавшимся отыскать дорогу! Звуки колокола раздавались где-то совсем близко, и киммериец, довольно кивнув, обернулся и крикнул:

    - Эй! Слышите?

    - Да, хозяин! - долетел ответ Хафры.

    - А-а-а! - несомненно, то был голос Каллы.

    Конан замедлил шаги. Тут, у самого берега, дышалось полегче, чем наверху; ему даже почудилось, что с моря потянуло свежим бризом. Возможно, и в самом деле поднимался ветерок, относивший пепел в глубь суши - теперь он падал не так густо, но светлее от этого не становилось. Наступил вечер.

    Впереди замелькали факелы, послышались возбужденные голоса, и вскоре Конан уже стоял у трапа, переброшенного на берег. Его ждал Сандара с четырьмя моряками; остальные толпились на палубе. Одни, вытягивая шеи, внимали отдаленному реву огненных демонов; другие пытались смыть пепел с разгоряченных потных тел; третьи, самые стойкие, собрались у бочонка с вином и огромных мисок с солониной и сухарями. Бросив на них одобрительный взгляд, Конан пробормотал:

    - Чем сильнее пес, тем больше он ест... - Затем киммериец хлопнул Сандару по спине и ухмыльнулся. - Ну, как дела, косоглазый? Похоже, у вас все в порядке?

    - Можно сказать и так, господин мой Амра. Но чем быстрее мы выйдем в море, тем лучше. Как бы этот островок не...

    Кормчего прервал Хафра, внезапно вынырнувший из темноты. Лицо кушита казалось растерянным; размазывая пепел по щекам ладонью, он кривил толстые губы, словно пытаясь сдержать дрожь, сотрясавшую его огромное тело. Конан с удивлением уставился на него.

    - Эй, парень! Что с тобой? Напугался огненных демонов? Ты же хвастал, что не боишься ничего?

    - Кроме тебя, хозяин, - пробормотал кушит, пряча глаза. - Как бы ты не содрал шкуру с бедного Хафры...

    - Что случилось? - протянув руку, Конан ухватил чернокожего за ворот. - Ну, говори!

    - Твоя женщина, господин.