- Нижний мир! - выдохнула Рина и тут же с восторгом добавила: - Какая красота! Словно под водой, среди алых кораллов и пурпурных водорослей!

    Ее лицо разрумянилось, мышцы обрели былую гибкость, и Конан, бросив взгляд на свою спутницу, понял, что она окончательно пришла в себя. В глазах девушки опять играли отблески Силы, и, хотя она не могла исторгать ее потоком сверкающих молний, астральная энергия наделяла Рину прежней неутомимостью и стойкостью. Пожалуй, еще и некоторой долей легкомыслия: девушка любовалась пейзажем с таким восхищением, словно они оба вдруг попали в сад Учителя, приветливый и знакомый. Конан, однако, не забыл о сонном мороке, затаившемся в пещере; что касается этой пурпурной равнины, то и здесь их наверняка поджидали опасности - возможно, иного рода, чем оставшаяся позади, но столь же смертоносные для беззаботных странников.

    Он коснулся руки девушки, ощутив бархатистую нежность ее кожи; это было приятно, и Конан не спешил отнимать ладонь.

    - Скажи, малышка, что нас тут ждет? В этих красных зарослях?

    Она улыбнулась.

    - Кажется, ты поверил в мой дар?

    - А разве я сомневался? - ответил он вопросом на вопрос. - В пещере все случилось так, как ты предсказывала... Какая-то мерзость едва не поживилась нами, и одолел ее не меч, а бальзам дамастинского мага, киммериец хлопнул по своему поясу. - Ну, так что нас ждет дальше?

    - Сейчас... - Рина, прикрыв глаза, повернулась к пурпурной равнине. Губы ее сжались, лицо стало серьезным, даже суровым, на чистом высоком лбу меж бровей возникла вертикальная морщинка. Конан невольно залюбовался девушкой; румянец щек оттенял темные веера ресниц, каштановый локон и маленькое ушко, что пряталось за ним, казались исполненными прелести... Взгляд киммерийца спустился ниже, к упругой груди, полуприкрытой полотном туники, стройной талии, округлым бедрам, длинным ногам в маленьких сапожках. Не в первый раз он спросил себя, почему эта красавица пошла с ним - неужели из одной любви к опасным авантюрам и любопытства? Нет, это было на нее непохоже... Может быть, как намекнул наставник, ей хотелось испытать свои силы? Свое искусство, приобретенное за время обучения? Почему-то Конану казалось, что дело не только в этом; пожалуй, он мог бы угадать причину, но решил, что торопиться не стоит.

    Рина фыркнула, и киммериец, оторвавшись от созерцания ее безупречных колен, поднял взгляд к лицу девушки. Вероятно, с провидением грядущих событий было покончено, и теперь серые глаза Рины смотрели прямо на него с легкой насмешкой и еще каким-то непонятным и слегка пугающим выражением. Ведьма, настоящая ведьма, подумал Конан и вслух спросил:

    - Ты разглядела что-то смешное, а? Еще одну тварь, которая может усыпить нас и высосать души?

    - Нет. Там, - рука девушки протянулась к полыхавшим пурпуром и багрянцем зарослям, - нет ничего смешного, и нет ничего опасного... особо опасного, я хочу сказать. Мы пройдем по равнине из конца в конец и останемся в живых. Может, никто из нас и ранен не будет, - заметила она уже с меньшей уверенностью.

    - Чего же ты улыбаешься?

    - Ну-у... - протянула Рина, - ты глядел на меня, а я - на твою ауру... Помнишь, я говорила, что могу видеть такие вещи...

    - И что ты высмотрела?

    Она загадочно усмехнулась.

    - Что высмотрела, то высмотрела! Пойдем.

    Покачав головой, Конан двинулся вслед за Риной.