— Никто не желает тебе зла, Первожрец, — успокаивающе произнесла одна из ведьм, которую Османдина назвала Мильдой. — Я просто уберу «Жажду», — она мягко взяла меня за ладонь, на которой до сих пол подрагивал маленький язычок крови, словно ждал, что я его снова отпущу резвиться.

И хоть внешне она держалась спокойно, я заметил тщательно упрятанную опаску.

Её ладонь была прохладной.

Прошептав что-то себе под нос, она с облегчением увидела, как язычок крови втянулся в ладонь, а широкий разрез сомкнул края и затянулся за мгновение, не оставив ни малейшего упоминания. По телу прокатилась волна облегчения, оставив только усталость и осознание того, что я только что сделал.

— Вот и хорошо, молодец, — удовлетворённо кивнула Мильда, улыбнувшись. — Следующие разы тебе будет намного легче их контролировать.

— И что? — хмыкнул я, с любопытством взглянув на чистые ладони, где тускло светились знаки призыва «крисов». — Мне каждый раз после такого нужен будет доктор?

— Доктор?

— Лекарь. Целитель, — поправился я.

— Нет, — негромко рассмеялась она. — Просто…

— Мильда, я сама всё ему расскажу. Спасибо за помощь, Сестра. Ты можешь быть свободна, — повелительный голос Османдина заставил ведьму на мгновение сгорбиться, после чего она кивнув мне, как старому знакомому, отошла в сторону.

— Всё? — иронично хмыкнула Османдина. — Больше не хочется упиваться кровью и страданиями?

— Нет, — покачал головой я, понимая, что сейчас со мной снова будут говорить. И меня этот вариант полностью устраивал. А если мне немедленно не предъявили резню в Дон-море, то и предъявлять уже не будут, и это мне сойдёт с рук. — Спасибо!

— Это не меня ты должен благодарить, — дёрнула уголками губ Османдина, подав небрежный знак своим товаркам, указав на стоящих неподалёку игроков. Тех, которые на меня не нападали. — Сёстры, проводите, пожалуйста, гостей. И скажите, что с этой минуты Дон-мор закрыт для посещений. — А мы с тобой снова прогуляемся, Первожрец. Ты же не против? — прищурилась она.

— С удовольствием, — кивнул я после секундной заминки, подав локоть, чтобы Османдина могла взять меня под руку.

— Молодые, бесстрашные, — покачала головой ведьма. — Хочешь дам тебе один совет, Мегавайт, — под руку она меня всё же взяла.

— Да, конечно, — вежливо ответил я.

— Если хочешь, чтобы у тебя было всё хорошо, никогда не позволяй коснуться себя ни одной Ведьме! Никогда и ни одной! Да угомонись ты, — раздражённо пробурчала она, когда я, услышав это, попытался выдернуть локоть. Но Османдина вцепившись неожиданно сильными пальцами, не позволила мне этого сделать. — Если бы я хотела причинить тебе вред, ты был бы уже мёртв, поверь. А совета послушай. Однажды он спасёт тебе жизнь. И хоть я знаю, что вы пришлые за свои жизни не цепляетесь, но — даже бессмертным бывает горько.

И я прекрасно осознавал, что она снова права, поскольку тягаться с «неписью» двести шестидесятого уровня я не стал бы даже с призывом «Стража».

— Куда мы идём? — непроизвольно насторожился я, когда мы направились к неприметному входу, выделяющемуся только тем, что возле него дежурили две тройки Боевых Ведьм.

— Ну ты же за чем-то явился в Дон-мор? — усмехнулась Османдина. Почувствовав моё напряжение, она вздохнула и уже серьёзным тоном добавила. — Наша Верховная хочет с тобой поговорить…

Глава 13

Казалось бы, широкий туннель, в котором звук шагов просто обязан гулко отражаться от стен и потолка, но — нет. И виной тому была не мягкая подошва моих сапог или мой тихий шаг.