«Кровью строились, и на крови держаться!» — так когда-то говорила её «киара». И в этом Утания с ней была полностью согласна.

Ведьма уже прекрасно видела, что не успевает до конца сформировать плети — самое быстрое, что было доступно в данный момент. Её мозг ещё отказывался принимать проигрыш, ведь проклятая девчонка, демоны её дери, была намного быстрее.

«Дара» Поланеи оказалась не такой искусной, и вряд ли могла на равных соревноваться с Утанией во владении Магией Крови, но этого и не требовалось. Она даже и не собиралась тягаться с опытной Ведьмой, абсолютно чётко понимая, что неминуемо проиграет.

Именно поэтому она и использовала то, чем её учили с самого детства убивать тварей Пустоши. Отточенная сталь, ведомая опытной рукой, покидает хорошие ножны всяко быстрее, чем маг сможет скастовать заклинание, каким бы он талантливым не был.

С удивлением посмотрев на свои ладони, Утания лишь на миг почувствовала страшную режущую боль с левой стороны шеи. Там, где была сонная артерия.

Мир перед глазами покачнулся, а глаз с запозданием зафиксировал смазанное движение, потом небрежный взмах меча в руках Лиэль, и алые брызги крови, веером соскользнувшие с её лезвия.

Утания силилась ещё что-то сказать, но первый раз в жизни её собственный язык отказывался ей повиноваться.

«Это была моя последняя ошибка, — напоследок мелькнула мысль, после чего всё вокруг начала заполнять холодная чернота.

Фразу, прозвучавшую в её голове, перед тем как она провалилась в небытие, Утания совсем не ожидала услышать, поскольку сказанное ледяным тоном: «Ко мне всегда являются вовремя!», могло быть произнесено только одним существом в этом мире.

Тем, кто никогда никого не ждёт. К нему действительно приходят вовремя, и всегда сами.

Глава 18

Понятно, я не рассчитывал, что всё это мероприятие пройдёт легко и под эгидой спокойствия, но вот о том, что мне придётся столкнуться с Утанией, я даже и помыслить не мог. Предыдущая встреча с ней даже как-то стёрлась из моей памяти. Именно поэтому появление ведьмы и вызвало кратковременное замешательство, преодоолев которое, я чуть ли не на ходу принялся импровизировать, чтобы все мои усилия в один момент не рассыпались, как карточный домик.

Признаюсь, если бы на месте Утании оказалась какая-то другая Ведьма, я даже бы и не вспомнил о рабском ошейнике, который до этого времени продолжал благополучно пылиться у меня в игровом инвентаре, и о существовании которого я совсем забыл.

Именно Утания подстегнула поток воспоминаний о наших странствиях в Ордене Отражений. Именно она своим существованием подсказала мне способ, как устранить саму себя. Хоть способ и включал в себя определённую толику риска.

Ложных иллюзий на её счёт я не питал, понимая, что Утания не зря дожила до столь почтенного возраста, исхитрившись не подохнуть в многочисленных конфликтах, которые Ведьмы умудрялись постоянно развязывать по всему миру, стараясь поиметь выгоду со всего, с чего только возможно.

В моей, собранной на коленке импровизации, было только одно слабое место — момент, когда я буду договариваться с Утанией. Я ни капли не сомневался в том, что она согласиться меня выслушать. Вот только очень надеялся, что Лиэль не попытаются устранить во время этой беседы. Но, рисковать всё же придётся…

Не то, чтобы я был настолько важной шишкой, рядом с которой никого не станут атаковать, вовсе нет. Если переговоры зайдут в тупик, нам с Лиэль придётся отбиваться, ибо убивать нас будут вдумчиво и со всем прилежанием.