Даже огромная лоснящаяся туша Жирогниля не избежала подобной судьбы. С оглушительным хлопаньем потоки силы оторвали его огромное тело и понесли вверх, к порталу. Темный бог вопил испуганно, роняя на землю потоки гноя и кала, но даже он ничего не мог сделать. Сила, что наводила порядок в преисподней, превосходила даже его собственную, силу Темного бога. Его туша кое-как пролезла в портал наполовину, на какое-то время даже его закупорила. Сила сжала огромную тушу несколько раз в гармошку, и только после этого смогла протолкнуть. А возможно, Жирогниль просто сильно вспотел от страха, и благодаря этому в итоге смог проскользнуть.

Аналогичная судьба постигла и Безумного бога, второго по силе обитателя преисподней. Он последовал за Жирогнилем, пробив потолок своего Дворца Пыток. При этом он оглушительно хохотал и кричал, что некий «трусливый жирный ублюдок» всё испортил…

— Ой, дедуска, сто это происходит? — пропищал маленький бесёнок, прижимаясь к своему более старшему родственнику с седой шерстью.

— Много лет назад я уже видел нечто подобное, — хмуро произнес старый бес. — Хотя и не в таких масштабах как сейчас…  Мир перестраивается. Многое теперь будет работать по новому. И в новом мире старые боги не нужны…  И наше мироздание от них избавляется…

— А нас оно не тлонет? — тихо пропищал бесёнок.

— Хавай свою кашу из грешных душ и не задавай глупых вопросов…  — вздохнул старый бес.

— Халасо…  — покорился младший.

* * *

Бродяга, замотанный в тряпьё, опустился на колени посреди выжженной земли. Несколько дней назад тут кипела страшная битва между демонами. Сейчас всё уже утихло, потусторонние сущности вернулись в родные измерения, либо же были выпровожены насильно. В любом случае места эти считались нехорошими и опасными. Люди и даже нелюди обходили их стороной, в том числе и в измерении духов. Ткань мира здесь была тонка как нигде и заживала с трудом. Землю эту графства Могильяк прозвали Равниной Внезапного Ужаса — настолько неожиданно произошла битва, которую ничто не предвещало. Сражением, в котором полегло столько самых разных потусторонних сил, прозвали аналогично — Битвой Внезапного Ужаса.

Но бродягу это тем не менее не отпугнуло. Он коснулся рукой выжженной земли и закрыл глаза.

— Бескрайний лес…  — прошептал он. — Прошу, помоги…

Перед ним из земли вылез небольшой зелёный росток. Он быстро увеличивался в размерах, невероятно быстро набирая питательные вещества. Вскоре он достиг огромного роста, превысив человеческий рост, превратившись в цветок с закрытым бутоном. На стебле выросли и затвердели острые шипы.

Бродяга стоял неподвижно, наблюдая за процессом. Он поднял голову, свет попал на его лицо — старое, покрытое очень глубокими морщинами, странного жёлто-оранжевого цвета, которого обычно у людей не бывает. По крайней мере здоровых.

Судя по напряжённому лицу бродяги ему явно хотело что-то сделать…  или что-то сказать…  в общем, хоть как-нибудь действовать, но он сдерживался. Его лицо ещё иногда подёргивалось, словно этот человек как правило не привык скрывать свои чувства. Как человек, обладавший очень значительной силой и не привыкший её как либо скрывать. Но в этот момент он почему-то делал исключение.

— Я сотворил в прошлом очень много плохих вещей…  — произнёс древний старик, его голос звучал, словно скрип столетнего дуба. Цветок перед ним на глазах наливался жизнь, бутон вот-вот уже был готов раскрыться. — Для многих, учитывая мой характер, я стал злейшим врагом. Однако даже инквизиция мирилась с моим существованием и моей деятельностью, ведь я приносил им огромную пользу, снабжая информацией и способствуя их расследованиям…  я был нужен и выгоден для многих сильных мира сего…  но потом…  в один день…  я всё это потерял…  от громкого имени не осталось ничего, только пустота…

Бутон продолжал увеличиваться на глаза и постепенно начал раскрываться.