Один сибилло сидел на пятках, как сыч.

– Досточтимый сибилло, – обратился к нему Флейж, – раз уж ты сам вызвался помочь рыцарю Лронгу, то соблаговоли поднять… то есть не позволишь ли перенести тебя на спину твоему многоногому скакуну? Я видел его с крыши дворца и сделаю это так же бережно, как перенес бы любимую девушку.

– Сибилло уже не помнит, как носят на руках девушек, – буркнул себе в усы шаман. – Сибилло обещало предоставить шурушетра, и только.

Ну, вот и первое препятствие – этот старый пень нашел время набивать себе цену.

– Ну, дедулечка, ну пожалуйста, – Таира опустилась на колени и обвила его плечи нежными совсем не по‑детски руками. – Ты же у нас самый справедливый, самый всемогущий… – Вероятно, она владела тем врожденным даром уговора, которым обладает большинство земных женщин, когда результат важнее произносимых слов. – Я тебе подарю все свои бусы для твоей прекрасной бороды – хочешь? Я подарю тебе этот амулет, когда мы здесь все дела закончим, – не желаешь? Ах, желаешь. Чудненько. Ну, что еще тебе, старый ко… уважаемый аксакал? Если хочешь, я позволю тебе поносить себя на руках – я легонькая…

Невинный взмах ресниц в сторону Скюза, сопровождающий эти слова, был совершенно неописуем.

Рыцарь Лронг устрашающе шевельнул бровями и откашлялся, намереваясь вмешаться. Но шаману, похоже, уже хватило.

– Сибилло согласен принять твои дары, о дитя, чья кожа благоухает, как похлебка из восьми трав и ягод. Сибилло выполнит все, что решили без его соизволения. Но не раньше, чем ты расскажешь о том, что видела, побывав в недоступном для всех жителей Тихри священном месте. Ты расскажешь и за6удешь, иначе тебя опустят в самый глубокий колодец, где ты умрешь без еды, питья и анделиса. И ты забудешь все, что слышал, Травяной рыцарь!

– Ну расскажу я все тебе, когда вернетесь, что время терять?

– Сибилло желает, чтобы его уши были первыми.

«Ну, старый козел, я тебе бусы для твоей сивой бороденки в серной кислоте намочу!» – мысленно пообещала Таира, как‑то не представив себе, где она возьмет на Тихри это химическое соединение.

– Отправляйся не мешкая, – повелела принцесса голосом, не терпящим возражений. – Волшебной силой, данной мне древними богами, я каждое слово, слетевшее с уст моей младшей сестры, направлю прямо в твои досточтимые уши. Ступай, Флейж.

Названный дружинник поплотнее надвинул на лоб свой изумрудно‑оранжевый обруч, взял за руку худощавого Киха и, сделав маленький шажок в сторону, исчез. Если бы отсюда была видна крыша дворца, то две закутанные в плащи фигуры, возникшие у самой ее кромки, говорили бы о том, что операция по освобождению рыцарственного узника началась удачно.

– Держи этого самолюбивого хрыча в беспрекословном повиновении, посоветовал Флейж младшему собрату. – В случае чего пригрози ему ямой с ледяными троллями. А вон и твой экипаж. Ужин переваривает.

Шурушетр опустился на брюхо, так что сочленения его сложившихся под острым углом ног поднимались высоко над туловищем. Возле устрашающих челюстей валялись ошметки какой‑то одежды.

– М‑да, – заметил Ких, – боюсь, что в повиновении придется прежде всего держать эту зверюгу.

– Не робей, дружинник Асмура. У тебя два десинтора и на крайний случай шаг назад для исчезновения.