Она вела переписку с настоящим Джефферсоном, а не с человеком, которого вы обвиняете в убийстве. Вы не можете доказать виновность Джефферсона потому, что его не было на процессе. Вы не можете использовать доказательства вины против фальшивого Джефферсона потому, что они основаны на доказательствах, относящихся к настоящему Джефферсону. Вначале нужно идентифицировать человека, которого арестовали, — насмехался Мейсон. — Вы так спешили найти для меня какой‑нибудь кнутик, что когда ваши подчиненные доказали по отпечаткам пальцев, что обвиняемый был уже судим в прошлом, вас понесло от энтузиазма. Вы позволили Мэй Джордан давать показания на тему ее знакомства с настоящим Джефферсоном. И вам так и не пришло в голову проверить, является ли человек, которому она послала нож, тем человеком, которого вы обвинили в убийстве.
Мейсон остановился на минуту, а когда снова стал говорить, то было видно, что он взвешивает каждое слово:
— Как только поезд оказался за Чикаго, Джеймс Кинкэйд и Уолтер Ирвинг усыпили Дэвида Джефферсона наркотиками. Они украли все его документы, украли письма Мэй Джордан, украли нож. Вам придется доказывать все это на следующем процессе, господин прокурор, и я не собираюсь вам помогать. Вы можете сами добыть доказательства. В моем офисе сейчас находится Марлин Шомон. Она дала показания под присягой, которые я позволю себе вручить Высокому Суду, а копию передаю окружному прокурору.
Мейсон передал соответствующие бумаги.
— И еще одно небольшое замечание, господин прокурор. Если вы хотите когда‑либо закончить это дело, то я советую вам найти человека, который находился в лодке с Кинкэйдом, потому что, вполне определенно, это не был Уолтер Ирвинг.
На окружного прокурора жалко было смотреть: достигнутая с таким трудом победа оборачивалась очередным поражением.
— А теперь прошу Высокий Суд освободить меня от какой‑либо ответственности за обвиняемого, Джеймса Кинкэйда, находящегося в настоящее время в зале суда. При помощи обмана, хитрости и использования чужого имени он заставил меня представлять его в суде. Моим единственным клиентом является Дэвид Джефферсон.
— Я хотел бы поговорить с этим Джефферсоном, — обратился к адвокату судья Хартли. — Думаю, что вы можете установить его тождество уже без всяких сомнений?
— Джефферсон проходил военную службу и его отпечатки пальцев находятся в картотеке части, — коротко сказал Мейсон.
— Это должно быть достаточным доказательством, — подтвердил с улыбкой судья Хартли. — Теперь я хотел бы поговорить с ним.
Мейсон открыл двери и, посмотрев в зал заседаний, сказал веселым голосом:
— Невозможно, господин судья, я вынужден буду прервать их. Джефферсон и свидетель Мэй Джордан болтают, не закрывая ртов. Похоже, они отлично понимают друг друга. Наверное потому, что они оба интересуются фотографией.
Судья Хартли громко рассмеялся.
— А может быть, господин адвокат, — предположил он с ироничным блеском в глазах, — мисс Джордан рассказывает мистеру Джефферсону о том, где она достала ключ?
|