– Не. Я "Малую землю" читал. В армии.

Нет, не безнадежен был Сырцов. Повторно оценивая экстерьер, Смирнов незаметно даванул косяка на заблудшего опера. Опер тихо ухмылялся, вспоминая литературные красоты "Малой земли". В общем, если не считать вполне понятную в данной ситуации подавленность, мальчик в порядке. И на "Малую землю" отвлекся кстати и подначку принял, парируя. Нервничает, конечно, а кто бы, попав в подобную передрягу, не нервничал?

– Я тебе все: "Сырцов, да Сырцов", а ты хоть бы хны, – приступил к делу Смирнов. – А в прошлый раз взвился, как конек-Горбунок.

– В прошлый раз я еще думал, что бога за бороду ухватил. Гордый был до невозможности и твердо понимал, что вы, конечно, боевой старичок, но в жизни сегодняшней ни хрена не понимаете. Вот тогда и обидно стало, что вы меня все Сырцов, да Сырцов.

– Точно объяснил, Жора, – оценил ответ Смирнов. – Помимо круговой обороны есть еще один выход: лечь на дно. Они поплавают, поплавают вокруг, увидят, что ты смирно лежишь, и отстанут без беспокойства. Ну, как?

– Я ведь ко всему прочему еще и мужик, Александр Иванович. Мэн.

– А теперь последнее мое предложение. Ты со всеми потрохами, без вопросов и условий переходишь ко мне работать и работаешь на меня так, как я захочу. Работа будет оплачиваться.

Сырцов повернул голову, посмотрел, наконец, Смирнову в глаза:

– Я себя высоко ценю, Александр Иванович, очень высоко.

– Про "очень" ты зря, – как бы а парт высказался Смирнов. – Но в общем-то, человек и должен ценить себя высоко, разумно определяя, что он может стоить. Я заплачу тебе как надо, Жора.

– Откуда у вас капитал, полковник милиции в отставке?

– Да или нет?

– А если да?

– Ну, ну, паренек, напрягись, без "если"!

– Да.

Чудесненько. Меня сейчас к Алику Спиридонову домой подбросишь и приступай сразу же. Помолясь предварительно.

– Дом на набережной? – попытался искрометно угадать Сырцов.

– Дом на набережной, Жора, задачка для элементарного топтуна. Проследить, отметить по местам и доложить. А крутить – раскручивать того неосторожного любовника покойной Татьяны Вячеславовны придется серьезной компанией, чтобы рвать его на куски со всех сторон. Нет, Жора, работка твоя будет посодержательней. Был у нас недавно вождь один, ты, может, еще на демонстрациях его портрет на палке носил, по имени-отчеству Юрий Егорович. Помнишь такого?

– Ну.

– Господи, как я не люблю нынешнего модного "Ну"! Да или нет?

– Да помню, помню! Перед глазами стоит, как живой!

Смирнов неодобрительным хмыком осудил излишне бойкий тон Сырцова, но словесно отчитывать его не стал. К изложению задания приступил:

– Перво-наперво найди его и не отпускай. От страха он сейчас как бы полунелегал, по конспиративным квартирам мечется. Исходные – телефон сестры, у которой он до недавнего времени постоянно скрывался. Сейчас, я думаю, Казарян его оттуда спугнул. Найдешь его, и тогда начнется главная работа: доскональное выявление его связей. Хорошенько отработаешь эти связи, и мы с тобой по ним стаю сыскных пустим.

– А кто на конце, Александр Иванович?

– Вот об этом тебе знать рановато, Жора. Все понятно, или мне еще пожевать, чтобы ты проглотил?

– Все понятно, – заверил Сырцов, поднялся со скамейки, стал напротив, засунул руки в карманы широких штанин и, покачиваясь на каблуках, спросил: – на кого вы работаете, Александр Иванович?

– Ты меня по двум предыдущим делам знаешь, Жора. – Опираясь на палку, поднялся со скамейки Смирнов. – И убедился, что работаю только на себя.