|
Так что не думайте, никто из друзей сюда не заглянет. - Я не думала. - Все равно. - Обычно вы приезжаете сюда один? - Иногда с братом. - Для двоих тут слишком тесно. - Мы бросаем монетку, кому достанется кровать. - И проигравший спит на диване ? - Угу. - Кажется, экзекуция была окончена. - Ранки открылись когда вы застилали постель. Вы сегодня больше не напрягайтесь. - А со мной? - Что, "с вами"? - Со мной тоже будете бросать жребий? Он не ответил, и она недоумевающе обернулась. Руками она по-прежнему придерживала рубашку. Реми посмотрела на Бейзила поверх обнаженного плеча, и вдруг до нее дошло: ее вопросы он мог воспринять как провокацию, даже заигрывание. - Как будем кидать жребий, миссис Дюваль? Решка - я на диване, орел - выигрываю и постель, и вас? - В голосе его звучала издевка. - Я, видимо, должен чувствовать себя польщенным: Дювалю вы продавали себя подороже. И все же - спасибо, нет. * * * - Миссис Дюваль? Дел Рей придвинул лицо вплотную к собеседнику. - Я что шепелявлю? - Нет, но у тебя отвратительная манера брызгать слюной при разговоре. Крошечные глазки-бусинки злобно сверкнули. - Уверен, если ты как следует подумаешь и постараешься, то раздобудешь информацию о миссис Дюваль. - Миссис Пинки Дюваль? - Вот видишь, ты все-таки что-то знаешь. - Просто удачная догадка. - Собеседник поджигал плечами, словно разминаясь. - Если ты о жене Пинки, так знай: я ее в глаза не видел и потому понятия не имею, о чем ты меня спрашиваешь. Ростовщик вскинул голову и недоверчиво ухмыльнулся. - Ну же, парень. Не надо врать старому Рею. Мы с тобой давние друзья. - Друзья, как же. Ты не друг, ты - чума. - - Ты меня ранишь в самое сердце. - Дел Рей прижал руки к груди. - Так ты и вправду ничего не знаешь о жене мистера Дюваля? - Да. - И даже не знаешь, что она пропала? - Пропала? - Здорово. В самом деле здорово. Очень искренно получилось. Если бы я не знал тебя как облупленного, я и в самом деле поверил бы, что моя новость тебя удивила. Плечи у собеседника слегка напряглись. Он насторожился. - Ну, кое-какие слухи до меня дошли, но ничего конкретного. А теперь уйди с глаз моих. Мы договорились на пятницу. И до тех пор я не желаю видеть твою поганую рожу. Он отвернулся, и тут в руке Дела Рея блеснул нож. Прижав острие к щеке мужчины и уже не улыбаясь (если его кривой оскал можно было назвать улыбкой), он процедил: - Только тронь свою пушку, я успею тебе всю рожу расписать. |
