– Ты прекрасно меня поняла, – заметил Кортес.

– Да, конечно я поняла, но возможно нам следует кое-что объяснить нашей подруге не из Кабал-кланов. Лукас имеет в виду, что мое присутствие здесь, без сопровождения Габриэля Сандфорда, колдуна и таким образом руководителя проекта, является прямым нарушением установленных Кабал-кланами правил, – она улыбнулась. – Да, выражаюсь очень похоже на него? Между нами, девочками, Пейдж, у этих ребят слишком много правил. Итак, Лукас, твой папа знает, что ты здесь?

– Если и не знает, не сомневаюсь: узнает, хотя, как тебе известно, это едва ли повлияет на сложившуюся ситуацию.

Лия повернулась ко мне.

– Он хотел сказать, что папе Кортесу просто наплевать… пока его дорогой мальчик не пострадал. Если ты считаешь меня сумасшедшей, тебе стоит познакомиться с его семьей, – она покрутила пальцем у виска. – Все невменяемые. Этот бегает по свету, словно последний из тамплиеров. И как на это реагирует папа? Хвастается сыном. Ребеночек наносит урон прибыльным предприятиям, даже собственной семье, а папа им гордится. Затем есть еще мачеха… Можно ли называть мачехой женщину, которая была замужем за твоим отцом, как до, так и после твоего зачатия? – Лия склонилась ко мне и произнесла громким шепотом: – Знаешь ли, этот парень родился не совсем так, как положено…

– Насколько мне известно, это называется незаконнорожденный ребенок, – заявил Кортес. – Так, если ты закончила…

– А на сегодняшний день, каковы размеры вознаграждения, Лукас?

– Я прошу тебя уйти.

– Позабавь меня. Сколько? Миллион? Два? Знаешь, мне на самом деле не помешало бы такое количество наличных.

– Не сомневаюсь. А теперь…

– А Пейдж знает про вознаграждение? Готова поспорить: не знает. Ты не посчитал нужным про него рассказать, как, вероятно, не посчитал нужным объяснить и почему оно назначено. Вот тебе подсказка, Пейдж. Если когда-нибудь захочешь разбогатеть, поговори с Делорес Кортес. Или одним из братьев Лукаса. Они все готовы очень хорошо заплатить, чтобы от него избавиться. Можешь догадаться, почему?

– Потому что отец назвал меня своим наследником, – ответил Кортес. – Политическая хитрость, как тебе прекрасно известно, Лия, поэтому, пожалуйста, прекрати создавать проблемы. Я уверен, что Пейдж наплевать на мои личные обстоятельства.

– Ты не думаешь, что у нее будут проблемы, если окажется в долгу перед будущим главой Кабал-клана?

– Я уверен, что она понимает: эта коронация никогда не состоится. Даже если мой отец и настаивает на продолжении этого курса, меня самого положение главы клана не интересует.

– О, прекрати. Мы все смотрели «Крестного отца». Мы все знаем, как разрешаются такие ситуации и что выходит в конце.

– Проваливай вместе со всеми своими сплетнями, – сказала я. – Меня это не волнует.

– Нет? А что если я сделаю тебе предложение, от которого ты не сможешь отказаться? – Лия улыбнулась и подмигнула мне. – С этими ребятами из Кабал-кланов нужно разговаривать на том языке, который они понимают.

Нужно признать, в Лие было что-то обезоруживающее, детское – рядом с ней почти забывалось, насколько она опасна. Пока она улыбалась и шутила, я постоянно повторяла себе: эта женщина убила мою мать.

– Я иду в дом, – объявила я вслух.

– Мы оба идем, – добавил Кортес и положил руку мне на локоть. Лия закатила глаза.

– Ой, ребята, как с вами скучно.