|
Я покачал головой. Потом осторожно взял в ладони ее лицо, единственное место на ее теле, где не было ран, и, прошептав ее имя, прижался к ее окровавленным губам. – Ян? – Матиаш от неожиданности остановился. Я чуть отодвинулся, слизнув со своих губ кровь. Веки Марьяны дрогнули и распахнулись. – Янош, – удивленно выдохнула она, и в ее глазах на миг засветилась радость, но потом она вспомнила: – Нет! «Тише, родная, тише», – я прижался к ее лбу, зарываясь пальцами в ее спутанных каштановых волосах. – Ни за что… «Скажи мне, и я отомщу за тебя этим двум уродам». – Это стоит больше мести… «Тише!» – Ян, какого черта ты делаешь? – Матиаш шагнул к нам. Если бы Марьяна могла, она бы оттолкнула меня, но у нее были перебиты и раздроблены кости рук. Она только и смогла, что отвернуться от меня. Встретившись взглядом с Матиашем, она из последних сил произнесла: – Не отдавай его… – и вновь повернувшись ко мне: – Будь ты проклят… Я отпустил безжизненную Марьяну и поднялся. Матиаш хмуро смотрел на меня. – Я не заметил, чтобы ты что-то говорил ей. – Я не говорил. – Тогда что за чушь она несла? – Не знаю. Вы что-то нашли у нее? – Если ты имеешь в виду, что нашли у нее эти двое, – Матиаш кивнул на парочку. – Они же подвесили ее на дыбу в голом виде. Ее одежда здесь… Я шагнул к куче тряпья, но Матиаш преградил мне дорогу. – Ты что-то ищешь, Ян? – спросил он. – Ничего, кроме ответа на один старый вопрос. – Тогда, позволь, я сам. Он склонился над одеждой, тщательно осмотрел ее, выудил из карманов отключенный мобильный телефон, кошелек, ключи от квартиры и крошечный флакончик с духами, потом нащупал что-то в поясе юбки, разорвал ткань и вынул оттуда ключ. Он с недоумением поглядел на него, явно что-то припоминая. Я тоже вспомнил. Когда я был в больнице, не было сомнений, что они перетрясли все мои вещи, которые потом тщательно выстирали, и вернули в карманы портмоне и связку ключей. Матиаш повернулся ко мне. – Мне кажется, я видел такие у тебя, – произнес он. Я вынул свою связку из кармана пальто, показал ему, спрятал обратно. И протянул ладонь. – И что они отпирают? – Верни мне ключ, Матиаш. Матиаш медленно поднял руку с пистолетом. Его примеру последовали остальные. – Если ты помнишь, Ян, на них защита от осечек. – Но только не для меня самого, особенно после того случая, – ответил я. – Я же не самоубийца… Матиаш нажал на курок, и раздался глухой щелчок. – Черт… – Матиаш опустил пистолет. – Кстати, ты мне напомнил кое о чем, – я выудил из внутреннего кармана лист и протянул ему. Он пробежал глазами по единственной строке. – «У нас ничего бы не вышло». |
