Мы с Герасимовым какое-то время задумчиво пялились в экран. Каждый вспоминал историю своей переписки. Амелин же, облокотившись о комод с книгами, выжидающе смотрел на нас.

— А ты про себя-то хоть знаешь? Какого хрена она тебя туда приплела? — первым подал голос Герасимов.

Но Амелин лишь равнодушно пожал плечами:

— Я знаю только то, что ничего не знаю.

— Так, — сказала я. — Мне нужно срочно домой, читать переписку с Линор за последние два года, а ты Герасимов иди свою читай. Я сейчас всем позвоню и напишу про это.

И сразу после этих моих слов раздалась громкая пронзительная трель дверного звонка. Мы вздрогнули от неожиданности, а Амелин тут же подскочил, выбежал из комнаты и крепко закрыл за собой дверь. Из коридора послышался высокий женский голос.

— Чего у тебя там?

— У меня люди, — сказал Амелин. — Иди к себе.

— Но я хочу посмотреть.

— Я же попросил!

— Тебе жалко? Ну, хоть одним глазком.

— Всё. Иди!

Через полминуты Амелин вернулся.

— Вам пора, — сказал он торопливо.

Упрашивать не стоило. Не говоря ни слова, тихо выбрались в коридор, молча оделись, а когда уже были на пороге, дверь ближайшей комнаты приоткрылась, и в образовавшейся щели показался любопытный женский глаз. Мы быстро попрощались, обменялись на всякий случай телефонами и поскорее свалили.

— Такой козел! — сказал Герасимов, как только мы вышли из подъезда, с недоуменным осуждением качая головой. — В саду вроде нормальный был, стеснительный даже.

Я вспомнила оценивающий взгляд и всю ту вызывающую пургу, которую он нес.

— Спасибо, что пошел со мной.

========== Глава 5 ==========

Мою переписку с Линор можно было бы издать целым бессюжетным романом с нескончаемым количеством глав и пространных отступлений. Всё, о чем мне не с кем было поговорить, обсуждалось с Линор, не то, чтобы очень часто, но зато откровенно.

И ведь мне иногда казалось, что это человек старше меня и опытнее. Да уж, знай я, с кем имею дело, никогда не стала бы раскидываться фразами типа: «чем становишься старше, тем непонятнее, как жить дальше» или «большой город — большое одиночество» и задавать дебильные вопросы вроде: «почему люди так любят показуху?», «что делать, если панически боишься темноты?», «отчего никому нельзя доверять?», «хотела ли бы ты снова стать маленькой, что бы ни о чем не думать?».

А также выкладывать всякие школьные и домашние заморочки. И хотя она тоже говорила о своём, толком понять, чем она живет и как, я так никогда и не могла.

Иногда Линор рассказывала какие-то истории, то ли происшедшие с ней, то ли с кем-то из знакомых, то ли просто взятые где-то в сети. В основном, это были рядовые, жизненные ситуации, когда не знаешь, как поступить и что предпринять.

Или же просто задавала вопросы.

Линор:

Чтобы ты делала, если бы нашла на улице телефон?

Осеева:

Я бы отдала.

Линор:

Я тоже раньше так думала, но никто даже спасибо не сказал. Хозяйка просто забрала и ещё смотрела так, словно его у неё из кармана вытащили.