В зале захихикали, профессор отпустил покровительственный смешок, соевый директор заёрзал на жёстком стуле.

— Разложившиеся ткани сохраняют изменения на молекулярном уровне, — кивнула Рокси. — Молекулы поглупевшего мозга пройдут по пищевой цепочке через растения и животные организмы и непременно вернутся в человека будущего, в том числе в ткани его мозга. Поглупеет же он или нет, вопрос неоднозначный…

Ведущий, тонко почувствовав интерес аудитории, переключил своё внимание на Рокси. Теперь на неё смотрели все три камеры.

— Сегодня генетически модифицированные продукты питания употребляют миллионы людей. Есть основания полагать, что подобными продуктами пользуются сети «МакДоналдс», сети кинотеатров во всём мире и другие монстры быстрого питания. Концерны «Данон», «Нестле» и другие экспортируют свои готовые товары с включением модифицированных продуктов в десятки стран. Они обязаны ставить на этикетке маркировку, но всегда ли они это делают? Можем ли мы быть уверены, что наши дети в школах и детских садах едят безопасную пищу? — она отдышалась, ощущая на себе пристальное внимание толпы. — Экспертизы необходимо проводить по каждому новому продукту, а не по заявленной группе. Например, любимая кукуруза! Как нам подсказал уважаемый профессор, кукуруза способна сопротивляться насекомым и даже полевой химии. Сегодня мы не можем заявить, что такой продукт опасен для человека. Но нет и обратных доказательств… — Рокси помедлила, сдерживая себя. Ей невероятно хотелось бросить в напыщенные, чванливые рожи соседей по студии, что доказательства имеются, и доказательства самые веские, от которых не отмахнёшься… — Как справедливо заметил тут уважаемый директор завода «Солнышко», с конца прошлого века начато массированное коммерческое освоение модифицированных растений. С тех пор площади, отданные под «изменённую» кукурузу, выросли в двадцать пять раз! Да уж, успех действительно грандиозный, нам есть чем гордиться. Невзирая на борьбу медиков, на консервах с соевым мясом почти никогда не указывается на принадлежность продукта к генетическим опытам…

— Однако! — упёрся профессор. — А почему вы не говорите о несомненной выгоде от сокращения «химии» на полях? Вы уже забыли о биче сельхозугодий — жуке, о плесенях, саранче и гнили?! Фермеры, культивирующие «новые растения», молятся на них богу!…

— Мы помним о выгоде, в том-то и дело. В выгоде! — едва не вспылила Рокси. — Вот оно, главное слово, корень всех зол. Выгода! В чьих интересах сворачивались программы испытаний? Вам прекрасно известно, что испытания в Америке были краткосрочными, а влияние модифицированных продуктов может проявляться через длительное время или отражаться на потомстве. Кроме того, никому не известно, как «новые растения» повлияют на экологический баланс в мире: нельзя, к примеру, исключить, что насекомые, поедающие такого рода растения, подвергнутся мутации и сами погибнут…

Ведущий лязгал зубастой челюстью, пытаясь как-то регулировать прения оппонентов. Из-за пульта ему выразительно показывали на часы.

— Не нами доказано, что при современном использовании площадей генная инженерия — это практически единственный борец с голодом на планете! — твёрдо выпятил губу директор «Солнышка». — Урожаи генетически изменённых растений примерно на четверть выше, чем у традиционных культур.

— Ой, не смешите! Вам ли не знать, какое баснословное количество продуктов просто выбрасывается, чтобы поддержать цены на биржах на нужном уровне! — отмахнулась Рокси. — Суть проблемы голода — не в недостатке продовольствия, а в денежной подложке…

Ведущий изящным жестом выхватил у Рокси микрофон, изогнулся всем телом, став ещё больше похож на раптора, и, победно отдуваясь, объявил рекламную паузу.