— Уж только не вам упрекать меня в корысти, — возразила она.

Шелл кивнул.

— Вы видите, где я живу. Мне нужны были деньги, а им — найти их девочку. Лестер неплохо меня обучил, раз мне удалось убедить их обоих, что у меня дар. Когда на сцене возникли вы, джентльмены, у меня появилась возможность вывести их на тело и при этом остаться в стороне, если начнется расследование.

— И ты веришь в это, босс? — спросил Антоний.

— Как-то уж слишком притянуто за уши, — задумался Шелл.

— Мне все равно, верите вы мне или нет. Скрывать мне нечего.

— Что ж, вы кидала классом повыше, чем я думал поначалу, — сказал Шелл.

— Вся эта хладнокровная игра была частью моей роли Лидии Хаш. Не хочу распространяться о том, в чем я участвовала в городе, но я знаю, как водить людей за нос.

— Почему я должен вам верить?

— Слушайте, я признаю, что обвела их вокруг пальца, но я ведь сочувствовала этим людям и их дочери.

— Нам нужно определить, кто оставляет вам эти послания, — сказал Антоний.

— В этом-то все и дело, — сказала мисс Шоу. — Два дня назад я получила еще одно.

Она повернулась к столу, наклонилась над открытым нижним ящиком и вытащила оттуда конверт. Повернувшись снова к нам, извлекла из конверта сложенный лист бумаги, вместе с ним выпали сушеные лепестки и, покружившись в воздухе, упали на пол.

— Это не похоже на другие, — сказала она. — Здесь только карта, и можно разобрать названия некоторых дорог, хотя часть букв написана задом наперед, а некоторых букв нет. Тут еще нарисован большой дом, но ни слова о том, кто будет на этот раз — мальчик или девочка.

— Позвольте… — Шелл взял листочек и принялся разглядывать. — Антоний, у тебя есть карта в машине?

— Сейчас принесу, босс. — Силач направился к двери.

— А теперь, джентльмены, я попрошу вас двоих выйти на минуту, чтобы я могла переодеться.

— И вы обещаете, что не растворитесь в воздухе? — спросил Шелл.

— А как я выберусь? Разве что через трубу.

Мы с Шеллом вышли и закрыли за собой дверь. Уже начало смеркаться и похолодало. Там и сям валялись листья, опавшие с редких здесь дубов.

— Я ей верю, — объявил я.

— Я тоже, — сказал Шелл. — Не знаю почему, но ей трудно не поверить.

— Тот, кто подкидывает записки, должен ее знать.

— Или знать о ней. Она говорила, что бывает в городе. Могу себе представить, что у нее там за дела.

— Что ты имеешь в виду?

— Забудь об этом.

Прошло несколько минут, дверь открылась, и женщина пригласила нас войти. На ней теперь были серая юбка и жакет, фиолетовая блузка и простые туфли без каблуков. Волосы, убранные назад, делали ее похожей на библиотекаршу. Когда мы входили в домик, вернулся Антоний, и я придержал для него дверь.

— Давайте-ка сюда вашу записку, — сказал силач, и Морган передала ему листок.

Он сел за стол, открыл карту и расстелил перед собой, потом пододвинул к себе одну из свечей и поджег фитилек своей зажигалкой. Вокруг Антония возник теплый световой нимб, и он осторожно положил записку рядом с более крупной картой. Затем из кармана появились обманки, Антоний торжественно водрузил их на нос и закрепил за ушами. Мы с Шеллом склонились над его плечом.

Антонию понадобилось немало времени, чтобы обнаружить, в какой части острова следует вести поиски. Он вытянул шею, так что его голова почти касалась бумаги, потом отодвинулся назад и прищурился.