— Вы слышали то, что поведал мне М. Дозэт. Все мы знаем и доверяем М. Дозэту, и земляне, будучи жителями Франции, разумеется, говорили правду. Прежде чем мы будем двигаться дальше, джентльмены, я хотел бы получить вотум доверия моему кабинету. Я уйду в отставку, если на то будет ваша воля.

При голосовании оказалось семь голосов за Лефевра и три против. Четыре радикала-демократа, разумеется, не стали голосовать. Поэтому Лефевр остался исполнять служебные обязанности.

— Теперь идем дальше. Мы столкнулись с перспективой нападения на саму Эйфелеву Башню как начало войны, которую Колумбия, очевидно, планирует объявить нам. Есть ли какие-либо предложения?

М. де Виллкфос, секретарь Международных дел, подался вперед и сказал:

— Конечно. Мы должны немедленно вооружаться и готовиться к войне!

М. Рэвэл, Секретарь защиты родины, заявил:

— Отличная мысль! Будем держать корабли наготове и нападем на Колумбию в тот момент, когда башня подвергнется нападению. Мы также можем в знак возмездия уничтожить святыню в Колумбии на Земле.

— Памятник Вашингтону? — спросил М. Боернон, секретарь Культуры. — Но зачем уничтожать два памятника? Почему просто не установить охрану у нашего собственного?

— Землянам не понравится вооруженный отряд наших людей на их территории, — заметил Лефевр. — Они могут быть против. Они даже могут запросить помощь у Рутении, и тогда мы столкнемся с нападением с двух сторон.

Пальцы премьер-министра задрожали, он не ожидал, что кризис окажется таких размеров.

— Тогда у меня есть решение, — объявил М. де Симон, демократически-радикальный секретарь Экономики. — Мы оставим охрану в космосе на постоянной орбите вокруг Земли. Наши корабли будут ждать нападения из Колумбии и смогут защитить Башню, когда настанет время.

— Превосходное предложение, — сказал Лефевр. — Земляне не станут возражать — по крайней мере, я надеюсь — и мы не нарушим ничьи национальные границы. Одновременно мы будем в состоянии защитить Башню. Объявляю голосование.

Проголосовали все единодушно «за». Впервые за триста восемьдесят четыре года кабинет Новой Галлии так быстро пришел к согласию.

Той ночью премьер-министр Лефевр спал спокойно и видел сны об иррациональных числах и интегралах. Кризис был предотвращен или, по крайней мере, отложен. Правительство удержалось. И, слава богу, было сделано все для того, чтобы Колумбия не решилась начать войну в течение, по крайней мере, восьми месяцев, по истечении которых Лефевр снова станет частным лицом.

Петр Александрович Мясковский, Временно исполняющий обязанности царя всей Новой Рутении, близоруко поглядел на листок бумаги, зажатый в его коротких пальцах, и вздохнул.

Это был отчет одного из разведчиков Рутении, корабли которой патрулировали сектор Галактики, включающий Солнце. Послание только что поступило по подпространственной связи узконаправленным лучом откуда-то возле Плутона. В нем говорилось:

К: Временно исполняющему обязанности царя Петру Александровичу.

ОТ: Майор-полковника Ильи Ильича Тарантьева, Первая Превосходная Эскадра разведчиков.

Флот из девяти кораблей Новой Галлии занял орбиту вокруг Соль III. Они выглядят вооруженными. Кажется, они готовятся к крупномасштабным военным действиям. Я жду ваших распоряжений.

Мясковский с кислым лицом вертел в руках сообщение, затем отложил его и с несчастным видом соединил вместе большие пальцы. Где-то в другом крыле королевского дворца царевич Алексей крепко спал, далекий от мирских дел и тревог.

Боже мой, мрачно подумал Мясковский. Новая Галлия заняла позицию вокруг Земли? Но почему? Неужели это предзнаменование войны, нарушение равновесия сил, которое долго держалось между тремя главными мирами! И почему это должно произойти именно сейчас, когда царь лежит в кататонии и заботы о государстве легли на мои плечи?

Мясковский расправил свои натруженные плечи.