|
– Это продолжалось в течение года, прежде чем набралась смелости рассказать кому либо. Его арестовали. Оказалось, что я не единственная такая. Но он так хорошо манипулировал, угрожал, убеждал, что бы ты знал: если кому нибудь расскажешь, то никто тебе не поверит. Он напугал меня. Но в итоге я просто... не смогла больше этого терпеть. Поэтому все рассказала учителю в школе. Я была в ужасе, что у меня будут неприятности... из за того, что не рассказала раньше, что позволяла ему так поступать, хотя я убеждала его, нет, умоляла его оставить меня в покое. Но учитель... миссис Эрвин. Она поверила мне. И первое, что она сделала, обняла меня и сказала, что сама убедится, что он никогда больше меня не тронет. И сдержала слово. – На данный момент я не могу понять выражение лица Адама.
– Что? – спрашиваю я. – Почему ты смотришь на меня так? – Господи, Дез. – Он качает головой и вытирает лицо обеими ладонями. – Неудивительно, что тебе тяжело доверять мне. – Да уж. – Я сильно моргаю от эмоций, бушующих во мне. – Знаешь, я никогда никому не говорила об этом. Даже Рут. Она тоже была приемным ребенком, и мы так близки, потому что обе понимаем это, и, думаю, она догадывается о том, что произошло и почему я такая замкнутая. – Как ты справилась ? Я смеюсь и шмыгаю носом. Не то, чтобы я плачу, никоим образом. Не стоит оплакивать то, чего больше нет. – В том то все и дело, Адам. Как ты не понимаешь? Я не могу. На самом деле. – Но ты, кажется, доверилась мне на острове Макино. По крайней мере, на какое то время. Хочу сказать, ты позволила мне пригласить тебя на ужин, и той ночью мы... потрясающе провели время. Во всяком случае, я так думал. Я мягко качаю головой. – Аналогично, Адам. Та ночь... была невероятная. Вся эта затея с ужином была чертовски страшной. Все эти знаменитости и папарацци. Это было ужасно, и я не была готова к этому. Но все, что было после, быть с тобой... – Я смотрю на него, позволяя ему все увидеть в моих глазах. – Правда, это было удивительно. Лучшая ночь в моей жизни, во многих отношениях. Адам берет мою руку, переплетая наши пальцы вместе. – Моя тоже. Я слышу что то в его голосе. – Но? Адам не отвечает сразу. – Но ты закрылась от меня позже в то утро. Я мог бы остаться, мог бы найти способ, чтобы провести с тобой больше времени, но ты просто закрылась. – Потому что испугалась! – Чего? – Он, кажется, искренне недоумевает. – Всего! Посмотри на это с моей точки зрения, Адам. Я девушка, убирающая мусор, сирота, и просто занимаюсь своими делами и тут появляется горячий, сексуальный, богатый, знаменитый актер, который увлекается мной. Слишком хорошо, чтобы быть правдой. Это должно быть слишком хорошо, чтобы быть правдой. Такое дерьмо не может случится со мной. – Но ты пошла со мной. – Да, конечно. Мне понравилось чувствовать себя желанной. Я действительно почувствовала, что нравлюсь тебе, что ты хотел меня. И мне… понравилось это. – Я с трудом сглатываю, отвожу взгляд, избегая глаз Адама. – И когда ты должен был уйти, я просто тебя отпустила. Потому что не смогла бы справиться с тем, что ты вел себя так, словно хотел большего, а потом просто бросил бы меня ради очередной блестящей новой штучки. Не знаю. Для меня это был особенный вечер, и я просто хотела иметь что то особенное только для себя. – Он был особенным и для меня тоже, Дез…, – начинает он. – Нет, – говорю я, чувствуя, что правда словно бомба застревает у меня в горле, осознавая, что она взорвется и причинит боль. – Ты не понимаешь. – Понимаю, Дез. Правда, понимаю. Это было нереально, и я вижу, куда ты клонишь, думаешь, будто это слишком хорошо, чтобы быть правдой. |
