— Это кто? — спросил Пеппер.

— Не верьте ни единому его слову, — закричал Аллан. — Ему бы и в голову не пришло спросить репортеров! Это сделала Джоан Бретт. Она здесь — мисс Бретт. Правда, Джоаночка?

Джоан Бретт умела, если хотела, выглядеть ужасно неприступной; у нее было все необходимое для этого: стройная фигура, высокий рост, волевой подбородок, пара зорких голубых глаз и чувственные ноздри.

Она посмотрела на молодого Чейни так, будто это было пустое место, и сказала стальным, но благозвучным тоном:

— Вы, пожалуй, опять несколько перебрали, мистер Чейни. Сделайте одолжение, никогда больше не называйте меня Джоаночкой. Я этого не выношу.

Аллану не оставалось ничего иного, кроме как смотреть на нее взглядом печальным, как у побитой собаки. Вудрафф пояснил Пепперу:

— Это Аллан Чейни, племянник Халькиса… — он хотел было продолжить, но Пеппер извинился и подошел к Джоан.

— Это и в самом деле была ваша мысль — спросить репортеров, мисс Бретт?

— Разумеется! — Два маленьких красных пятнышка выступили у нее на щеках. — Впрочем, мистеру Чейни пришла та же мысль. Мы вместе выбежали из дома, а мистер Вудрафф последовал за нами.

— Ага, значит, вот как обстояло дело, — улыбнулся Пеппер. — А кто вы в этом доме, мисс Бретт?

— Я была личным секретарем мистера Халькиса.

— Большое спасибо. — Пеппер снова повернулся к Вудраффу. — Итак, вы хотели мне сказать, мистер Вудрафф, что…

— Что вы должны поставить все с головы на ноги, Пеппер, и больше ничего. — Вудрафф откашлялся. — Я забыл еще сообщить вам, что только двое людей оставались во время похорон в доме. Это миссис Симз, экономка, у которой из-за смерти Халькиса случился нервный срыв и которая пока не встает с постели, и дворецкий Уикс — что самое непостижимое во всей истории — находился здесь, в библиотеке, пока мы были на кладбище. Он клянется, что никто не входил в библиотеку и что он не спускал глаз с сейфа все это время.

— Прекрасно, это дает нам возможность продвинуться дальше, — жизнерадостно сказал Пеппер. — Если верить Уиксу, у нас появляется возможность четко установить временной интервал, в котором совершили кражу. Она могла произойти только на протяжении тех пяти минут, которые прошли с момента, когда вы в последний раз видели завещание, и до того момента, когда траурная процессия двинулась из дома.

Чтобы поскорее закончить с расследованием, Пеппер позвонил прокурору.

— Шеф посылает нам на помощь криминальную полицию, — сказал он и довольно потер руки. — Я поручаю вам, мистер Вудрафф, следить за тем, чтобы никто не покидал этой комнаты, пока Коалан и я будем искать коробку в саду и на церковном дворе. Прошу на секунду вашего внимания, дамы и господа! — Все взоры устремились на него. Чувствовалось, что все небольшое общество постепенно впадает в глубокое беспокойство и расстройство. — Я дал мистеру Вудраффу официальное поручение и прошу вас не создавать ему никаких трудностей. Никому не разрешается покидать эту комнату, — с этими словами Пеппер вышел и вместе с Коа-ланом принялся за поиски.

Когда четверть часа спустя они вернулись с пустыми руками, в библиотеке уже появилось несколько новых лиц. Там был Томас Велье, необычайно высокорослый сержант из штаба инспектора Квина. Там были Флинт и Джонсон, два детектива, которые работали под началом у Велье, и женщина-полицейский, пышные материнские формы которой внушали к ней самое полное доверие.

Пеппер и Велье удалились в угол посоветоваться.

Велье казался совершенно холодным и неприступным, как обычно.