Орландо обменялся кивками и приветствиями с десятками человек, кое-кого назвал по именам, кому-то представил Ятиму с Иносиро. Ятима попыталась изобразить рукопожатие. Динамическая сложность этого ритуала потрясла ее.

Никто не выказывал очевидной враждебности, но гештальт-позы горожан смущали Ятиму. И ни от кого онона не дождалась большего, чем пара-тройка вежливых фраз.

—    Это мой дом.

Здание было выкрашено в бледно-голубой цвет, имело S-образный фасад и маленькую эллиптическую террасу.

—    Это какой-то камень?

Ятима постучала по стене и заинтересовалась полученными тегами. Поверхность была идеально ровной вплоть до субмиллиметрового уровня, а на ощупь такая же мягкая и прохладная, как древесная кора в лесу.

—    Нет, оно живое. В каком-то смысле. Оно выпускает ветви и одевается листвой по мере роста, но сейчас функционирует в ре-

жиме простого залечивания повреждений и умеренно активного кондиционирования воздуха.

Перед Орландо отдернулся прикрывавший дверной проем занавес. Они вошли. Внутри были расставлены кушетки и стулья, на стенах висели картины. Пылинки плясали в солнечных лучах, поднимаясь с ящиков, шкафчиков и полок.

-    Садитесь.

Они уставились на него.

-    А? Ладно. Погодите секундочку.

Он взбежал по лестнице на второй этаж.

-    Мы и вправду здесь, - тихо сказал Иносиро. - Мы это сделали!

Онона оглядел солнечную комнату.

-    Вот как они тут живут. Не так плохо.

-    Не считая времяскорости.

Онона пожал плечами.

-    А куда, собственно, мы в полисах мчимся? Мы ускоряемся до предела и пытаемся сдержать подступающие изменения...

Ятима огрызнулась:

-    И что в этом дурного? Какой прок от долголетия, если все, на что ты можешь употребить приобретенное время, это преобразование себя в кардинально иное существо. Или распад в небытие.

Вернулся Орландо, а с ним плотчик женского пола.

-    Знакомьтесь. Это Лиана Сабини, а это Иносиро и Ятима из полиса Кониси.

У Лианы оказались каштановые волосы и зеленые глаза. Они пожали друг другу руки. Ятима кое-как наловчилась проделывать эту операцию, не слишком сопротивляясь чужим движениям, но и не позволяя руке повиснуть безвольно.

—Лиана наш лучший нейроэмбриолог. Без нее у Мостостроителей не было бы никаких шансов.

-    Кто такие Мостостроители? - спросил Иносиро.

Лиана и Орландо переглянулись, и плотник ответил:

-    Лучше начать издалека.

Орландо заставил всех сесть, и Ятима наконец догадалась, что плотникам так удобнее.

-    Мы называем себя Мостостроителями, — начала Лиана.

-    Когда основатели явились из Турина три столетия назад, у них был разработан весьма специфический план. Вы знаете, что в разных плотницких популяциях за истекшее после Внеисхода время накопились мириады искусственных генетических изменений? — Она махнула рукой, и висевший на стене портрет превратился в сложную диаграмму инверсного дерева наследования.

-    Разные потомки Исходников модифицировали различные наборы характеристик. Некоторые ограничивались простыми и прагматичными адаптационными поправками к новому меню или среде существования: пищеварительными, метаболическими, дыхательными, скелетно-мышечными. — На разных ветвях дерева засверкали картинки: амфибийные, крылатые, способные к искусственному фотосинтезу Исходники, схемы строения генетически отредактированных зубов, диаграммы видоизмененных метаболических путей. Орландо подхватился с кресла и задернул занавеси. Контрастность изображений улучшилась.